Йен Макдональд «Бразилья»

Существует бессчётное множество книг, где речь идёт о высоких технологиях, вошедших в повседневный быт. Как правило, в таких сочинениях рассказывают об англосаксонском или славянском мире будущего — в крайнем случае о Японии или Китае. И только Йен Макдональд настойчиво напоминает нам: на глобусе есть и другие страны, где жизнь, как ни странно, тоже не стоит на месте. Индия, Турция… Или Бразилия.Ведь что такое «мультикультурализм в действии»? Совсем не обязательно — ужас-ужас, кошмар-кошмар, слом духовных скреп и отказ от традиций. Как показывает история человечества, часто это причудливое и эклектичное смешение, взаимное обогащение, порождение новых смыслов. Типичный пример — культура современной Латинской Америки, в том числе Бразилии. Той самой «Бразильи», о которой пишет в одноимённом романе Макдональд.История, которая разворачивается на этих страницах, сплетается из трёх сюжетных линий, широко разнесённых во времени. Разумеется, к финалу (и даже несколько раньше) все линии сходятся: «Бразилья» — настоящий роман в классическом смысле, с разветвлённой структурой, обязательной эпической составляющей, погружением в прошлое героев, философским подтекстом. По большому счёту, автора волнует один из вечных вопросов — вопросо свободе воли. Он неизбежно возникает всякий раз, когда речь заходит об устройстве вселенной. Но гипнотизирует в книге другое: смешенье языков и культур, времён и жизненных укладов, пёстрый, шумный, яркий, эклектичный, порой кровавый карнавал жизни. Изощрённая иезуитская теология и квантовая физика, языческие ритуалы и живые компьютеры, вытатуированные на теле, свалки промышленных отходов и дышащие смертью джунгли, малограмотные подростки двадцать первого века и гении восемнадцатого, альтернативная история и бесконечная галерея параллельных миров — всё это сосуществует в пространстве романа одновременно, взаимно подпитываясь энергией… и слегка подпитывая читателя. Йена Макдональда всегда привлекали экзотические сочетания, пограничные состояния, кросскультурные связи — недаром два его романа, наиболее известные в России, посвящены Индии и Турции будущего («Река богов» и «Дом дервиша»).

Но по части экзотики в «Бразилье» автор превзошёл самого себя. Первые главы романа буквально пестрят сносками: что значит то или иное слово, как произносится, почему выбран именно такой вариант транскрипции… Подозреваю, на этом месте автор потеряет часть читателей (самых нетерпеливых), но без словесной эквилибристики тут не обойтись. И дело не только в запутанности фабулы: многоголосый хор неизбежно порождает новые созвучия, столкновение цивилизаций — новые языки и формы мышления. Ну а к чему приведёт пересечение параллельных миров, которые незримо соприкасаются в квантовой мультивселенной, нам остаётся только гадать.