Кен Лю «Королевские милости»

Во главе восстания против императора Мапидэрэ, объединившего Семь королевств островов Дара, встают могучий воин Мата Цзинду и хитроумный авантюрист Куни Гара. А поддержку им оказывают боги.

Кен Лю «Королевские милости»

Ken Liu
The Grace of Kings
Роман
Жанр: эпическое ориентальное фэнтези
Выход оригинала: 2015
Художник: В. Лебедева
Переводчик: В. Гольдич
Издательство: АСТ, 2016
Серия: «Мастера фэнтези»
512 стр., 2000 экз.
«Династия Одуванчика», часть 1
Похоже на:
Гай Гэвриел Кей «Поднебесная»
Шон Рассел «Брат Посвящённый»

«Королевские милости» — дебютный роман Кена Лю, и дебют оказался сверхуспешным: премия «Локус», шорт-лист «Хьюго», ворох отличных рецензий, маленькая, но гордая армия поклонников, томящаяся в ожидании второй части цикла. Чаще всего об этой книге говорили как о смешении фильма «Герой» и «Игры престолов», но назвать Кена Лю «китайским Мартином» было бы слишком просто, да и жанр ориентального фэнтези открыл не он. «Королевские милости» интересны не столько антуражем, сколько подачей и авторской интонацией.

Ни имена, ни названия, ни внешность народов, населяющих Семь королевств, не напоминают о древнем Китае. Разве что технические и культурные подробности не дают ошибиться: порох для фейерверков, сложная система логограмм (иероглифов) в качестве письменности, «звериный» гороскоп по годам рождения, да хотя бы почитаемый во всех королевствах мудрец Кон Фиджи, в имени которого отчётливо прочитывается «Конфуций» (Кун Фу-цзы). Запутанная история восстаний, войн, политических союзов, интриг и предательств может вызвать ассоциацию с древними хрониками — в частности, знатоки вспомнят классический китайский роман Ло Гуаньчжуна «Троецарствие», где описан конец династии Хань, распад империи на три враждующих царства и многолетние междоусобные войны. Но Лю для своего эпоса не использует исторические события (подобно Мартину, он лишь намекает на них, развивая сюжет без привязки к реальному прошлому) — он заимствует у средневекового автора «многослойную» манеру выстраивать сюжет и бесстрастную интонацию хрониста. Объективность — главное в эпосе, и именно эту составляющую Кен Лю вольно или невольно возвращает эпическому фэнтези, малость подзабывшему значение первого слова в своём названии.

Объективность — главное в эпосе, и именно эту составляющую Кен Лю возвращает эпическому фэнтези

Для автора «Королевских милостей» нет положительных и отрицательных персонажей, героев и злодеев. Блага, которые принесло Семи королевствам объединение в империю под властью Мапидэрэ, уравновешиваются его мегаломанией и жестокостью, которые привели сначала к крестьянскому восстанию, а потом — к полномасштабной войне. Наследник одного из низвергнутых аристократических родов Мата Цзинду — великий воин, настоящий герой древних легенд, но никудышный правитель в мирное время. Его названый брат и соперник Куни Гару — бездельник и авантюрист, интриган и лицемер, но он добр к людям и умеет разглядеть в них лучшее. Любой из персонажей, на какой бы стороне он ни сражался, не претендует ни на любовь, ни на неприязнь читателя. Все они лишь пешки в руках богов, и это не метафора: боги-покровители Семи королевств выбирают своих фаворитов в этой войне и стараются повлиять на её исход, избегая прямого вмешательства.

Не менее, чем Мата и Куни, интересны их соратники, друзья, враги и возлюбленные. Луан Цзиа, учёный и изобретатель, взыскующий высшей мудрости не менее, чем мести; Джин Мазоти, женщина-маршал, полжизни выдававшая себя за мужчину; Джиа Матиза, первая жена Куни Гару, искусная травница и интриганка; прекрасная принцесса Кикоми, использующая свою красоту как оружие; Киндо Марана, сборщик налогов, возглавивший имперское войско; братья Рато и Дафиро Миро, которых война развела по разные стороны линии фронта… Вереница пёстрых героев не спеша проходит перед взором читателя, требуя равного внимания к своим словам и поступкам: тщательно выверенные диалоги, похожие на театральные мизансцены, в романе не менее важны, чем впечатляющие сражения с участием воздушных кораблей и подводных лодок (сам Лю назвал свой мир «силкпанком» — от слова «шёлк»). Увы, законы эпоса не щадят героев: убийства и самоубийства щедрой рукой рассыпаны по ткани романа, но они, как опять-таки положено в эпосе, не оставляют впечатления бессмысленной жестокости — это результат неумолимой поступи рока.

Итог: масштабное ориентальное фэнтези, возвращающее жанру древнее дыхание эпоса.

Восток-Запад

Кен Лю родился в Китае, в городе Ланьчжоу на севере страны, и эмигрировал с семьёй в США, когда ему было 11 лет. Здесь он получил два образования — техническое и юридическое, и сейчас зарабатывает на жизнь редкой для фантастов профессией: он судебный консультант по технологическим искам. В его активе, помимо «Локуса» за «Королевские милости», — три «Хьюго», «Небьюла» и Всемирная премия фэнтези за рассказы и повести. Кроме того, Кен Лю активно продвигает в США китайскую фантастику — одну из своих «Хьюго» он получил за перевод на английский романа Лю Цысиня «Задача трёх тел».

Цитаты

Император, король, генерал, герцог — это всего лишь ярлыки. Если подняться по их генеалогическому древу достаточно высоко, там окажется простолюдин, решивший рискнуть.

Куни Гару

Нож не является злом только из-за того, что остёр, и заговор не становится порочным деянием лишь потому, что оказывается эффективным. Всё зависит от умения. Милость королей не имеет ничего общего с моралью, управляющей жизнью обычных людей.

Луан Цзиа

Цитата побольше

Кен Лю «Королевские милости»

Кен Лю «Королевские милости». Начало романа

Первая глава эпического ориентального фэнтези от американо-китайского автора, получившего за этот роман «Локус» и номинацию на «Небьюлу».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Кен Лю «Королевские милости»
Удачно
  • масштабный охват событий
  • яркие неоднозначные герои
  • живой интересный мир
Неудачно
  • пафос и театральность диалогов
  • небрежный перевод
8хорошо
comments powered by HyperComments

А ещё у нас есть