Все мобильные телефоны в мире начинают передавать сигнал, превращающий их хозяев в злобных зомби. Среди немногих, кто этого избежал, — художник Клэй, его соседка Элис и машинист Том. Вместе они идут через полстраны искать жену и сына Клэя.
Cell
Жанр: зомби-апокалипсис
Режиссёр: Тод Уильямс
В ролях: Джон Кьюзак, Сэмюэл Л. Джексон, Изабелла Фурман
Первоисточник: одноимённый роман Стивена Кинга
Премьера в России: 7 июля 2016
Возрастной рейтинг: 18+
Похоже на: «5-я волна» (2016)
«Я, легенда» (2007)

Есть мнение, что Стивена Кинга нельзя подпускать к его экранизациям на пушечный выстрел. Лучшие фильмы по его книгам получились у Кубрика и Дарабонта, которые писали сценарии сами. А один из худших, «Максимальное ускорение», Стивен снял сам. Он же был соавтором сценария «Мобильника», и этот фильм может потягаться с «Ускорением» за звание худшей адаптации Кинга.

При этом «Мобильник» почти не меняет сюжет книги. Он его уминает, обгрызает, теряя логику, связность и основные идеи книги. То, что на бумаге казалось приемлемым, превращается в бред. Люди, читавшие роман, при виде кино-«Мобильника» хватаются ладонью за лицо. А не читавшие не смогут понять, что другие находят в этой книге. Вот что они увидят, не сверяясь с первоисточником.

Самое жалкое нашествие зомби

Этот недостаток есть и у романа, но в фильме он доведён до абсурда. Дело в том, что показанный в «Мобильнике» способ заражения крайне неэффективен. Да, миллионы людей ежедневно говорят по мобильным телефонам. А другие миллионы — нет. В их числе окажется большинство военных и полицейских — они используют рации, а не сотовые, так что врагу дали бы мощный отпор. Тем более что «мобилоиды» поначалу ведут себя агрессивно, но тупо: врезаются в стены, не владеют оружием. Убивай — не хочу.

А едва люди поймут, что опасность исходит от мобильников, распространение заразы должно почти прекратиться. Укусом-то мобилоиды не размножаются, только под конец фильма они находят новые способы заражать людей. И это не всё: по ходу выясняется, что зомби по ночам впадают в спячку и совершенно беспомощны!

Почему спящих уничтожаем мы, а не армия? — Военные решили, что это будет неспортивно

— Друзья, а почему спящих сжигаем мы, а не армия?
— Военные решили, что бить лежачего неспортивно

Тем не менее, согласно фильму, мир мгновенно летит в тартарары. Если в книге это происходило хотя бы постепенно, то в фильме на всё про всё хватает менее суток. Уже через считанные минуты после начала событий герои почему-то уверенно говорят, что катастрофа происходит по всему миру, хотя судить могут только об одном здании. И, как ни странно, оказываются правы: сразу пропадает электричество, полиция и армия таинственным образом исчезают (в романе они хоть упоминались), а выживших оказываются единицы — опять же, в отличие от книги.

Картонные герои

И лучше всех при зомби-апокалипсисе выживают те, кто сделан из цельного картона.

Весь фильм персонажи идут искать семью главного героя, Клэя (Джон Кьюсак). Потому что у остальных нет ни семей, ни интересов, ни своего мнения, куда идти и что делать. Прочие встречные попадаются на пути Клэя случайно, иной раз буквально под боком у зомби, где нормальный человек не стал бы задерживаться. Некоторые и вовсе появляются на пару сцен, чтобы через несколько минут погибнуть из-за глупой случайности или покончить с собой. И их совершенно не жалко.

От образов, созданных Кингом в романе, остались какие-то невнятные обрывки диалогов. Скажем, герой Сэмюэла Л. Джексона однажды заявляет, что всю нашу мораль-шмораль надо оставить в прошлом, иначе не выжить. Думаете, он хоть раз последует этой философии? Бросит или предаст кого-то из товарищей? Чёрта с два.

Сэм Джексон в последние годы снимается во всём подряд без разбора. Ипотеку взял, что ли?

Сэм Джексон в последние годы снимается во всём подряд без разбора. Ипотеку взял, что ли?

Ничего не понятно

По ходу и фильма, и книги герои выясняют, что «мобилоиды» не так просты, как кажется. Они ведут себя скорее как пришельцы из «Вторжения похитителей тел», чем ожившие мертвецы. У них есть коллективный разум, их лидер может внушать людям сны и заманивать жертв в ловушки. Кто же они? Почему появились? Чего хотят?

И тут скомканный сценарий проявляет себя во всей красе, потому что даже внятных предположений не прозвучит. Книга давала понять, что мобилоиды — новая ступень эволюции человека и что, пройдя стадию звериной агрессии, они превращаются в нечто большее, овладевают телепатией и даже левитацией. Из фильма же кажется, что это просто зомби, покорные непонятному экстрасенсу в красной куртке.

А концовка не просто не даёт ответов — она вызывает ещё больше недоумения. Двойной финал с поворотом в духе «Бразилии» мог бы стать плюсом фильма, если бы хоть один из вариантов подводил какие-то итоги. В романе Кинг давал намёки на возможную судьбу мобилоидов и человечества, но обе концовки фильма касаются только самого Клэя. А что дальше будет с миром — вам к этому моменту правда ещё не плевать?

Главный зомби — единственный, кому достался грим

Лидер зомби, почему-то названный в фильме «Королём интернета», — единственный, кому достался грим

И главный плюс фильма…

Это не актёрская игра — именитые актёры тут ничего особенного не делают. Это не декорации и спецэффекты — они среднебюджетные, на уровне телефильма. И уж точно не сюжет.

Это даже не музыка, а одна конкретная песня. Услышать, как американские зомби хором исполняют старый хит Эдуарда Хиля «Я очень рад, ведь я наконец возвращаюсь домой» (в народе «Мистер Трололо») — очень милый сюрприз, от которого тянет улыбнуться вопреки всему, что творится на экране.

Одна из худших экранизаций Кинга: ни разумного сюжета, ни интересных героев, ни внятного финала. Зато с мистером Трололо!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

«Мобильник» — худшая экранизация Стивена Кинга?
УДАЧНО
  • оригинальные зомби
  • песня Эдуарда Хиля
НЕУДАЧНО
  • логика, прощай!
  • изуродованный сюжет книги
  • картонные герои
3ПЛОХО
comments powered by HyperComments
Александр Гагинский
Заместитель главного редактора журнала, редактор сайта и сообществ МИРФ, админ и патентованный олдфаг форума.

А ещё у нас есть