Пытливый и любознательный читатель/зритель имеет с книгой/фильмом собственные, очень близкие, практически интимные отношения. Он сопереживает героям и зачастую рвётся им помочь, спорит с автором и порой винит его в несчастьях персонажей… И вообще воспринимает описанную вселенную практически как свою собственность. Это налагает на него огромную ответственность, и если во вверенной ему вторичной реальности что-то не соответствует его ожиданиям — к примеру, история заканчивается не так… или просто заканчивается… — он принимает меры.

Так появляются фанфики.

Но вот читатель/зритель убеждается, что вселенная по-прежнему ему подвластна, что он в состоянии туда вернуться и всё исправить лёгким росчерком пера, — и вот тут начинается самое интересное. Потому что, как следует обжившись в новом пространстве, он задаёт себе тот самый сакраментальный вопрос всея фантастики: а что, если?..

На этом вопросе построен абсолютно весь наш с вами любимый жанр. Неважно, идёт ли речь о западной космической опере, о советской фантастике ближнего прицела или о современной социальной прогностике — в основе всегда лежит пресловутое фантастическое допущение. Которое, собственно, и состоит из вышеупомянутого вопроса.

Так вот. Освоившись в, так сказать, базовой вторичной реальности, наш с вами пытливый читатель спрашивает себя: а что, если… Гарри Поттера распределят на Слизерин? Что, если экипаж «Энтерпрайза» столкнётся с самим собой из будущего? Что, если армия клонов обретёт коллективный разум и завоюет Корусант? Что, если Майлз Форкосиган родился девочкой? Что, если…

Хорошо проработанная вторичная реальность переживёт любые фантдопущения, сохранив себя неискажённой.

Так во вторичных реальностях появляется фантастическая литература. Пренебрежительное наименование «фанфик» маскирует её главную задачу: проверку вторичной реальности на прочность. Качественная, хорошо проработанная вторичная реальность переживёт, не поморщившись, любые фантдопущения, сохранив себя неискажённой. Как и в нашей реальности, фантастика может расширить её границы, добавить новые измерения, но не изуродовать, не извратить. А многие произведения по прошествии времени незаметно срастаются с каноном, и это лучшая судьба, какая только может выпасть фанфику. «Унесённые ветром» и «Скарлетт» уже давно воспринимаются как полноправная дилогия. А вот все попытки ввести в Средиземье злых эльфов так и остались апокрифами. Так же, как и многочисленные садомазохистские упражнения на тему Поттера и Малфоя существуют в собственной резервации, не смешиваясь с основным миром магической Британии.

Чтобы завершить мысль, давайте задумаемся ещё об одном аспекте. Вот, к примеру, приезжал ли и впрямь некто Хлестаков в некий уездный город? Или писатель взял уже знакомый нам вопрос «а что, если?» и написал фанфик? Просто фанфик по нашей основной реальности, а не по вторичной. И что такое, в конце концов, «Джейн Эйр», как не «ангст, гет, PG-13» в принятой нынче классификации?

Отмена расширенной вселенной «Звёздных войн» невозможна, как невозможна отмена всей художественной литературы. Просто на экраны выходит ещё один фанфик, отлично проработанный и не слишком далёкий от исходного корпуса текстов. А что он противоречит другим фанфикам — да кого это волнует, кроме горстки юристов? Никого! И это — замечательно.

Приятного чтения!

comments powered by HyperComments
Лин Лобарёв
Поэт, бард, издатель. Главный редактор журнала в 2012–2015 годах.