9

Интервью с создателями фильма «Шан-Чи и легенда десяти колец»

9 сентября 2021
09.09.2021
186846
9 минут на чтение
Интервью с создателями фильма «Шан-Чи и легенда десяти колец»

© Jasin Boland/Marvel Studios

«Шан-Чи и легенда десяти колец» — один из самых необычных супергеройских фильмов за последнее время. Это не только история о борьбе добра со злом, но и драматичная семейная сага. Герои здесь ищут себя на стыке американской и китайской культуры, экшен снят по законам азиатских боевиков, а саундтрек часто нарушает привычные правила.

Почему в «Шан-Чи» так много флешбэков, а главный злодей вызывает симпатию? Как сделать экшен реалистичным и снять голливудский блокбастер в эпоху пандемии? И как проявляют любовь родители в Китае, Америке и России? Об этом и многом другом «Мир фантастики» поговорил с режиссёром фильма Дестином Дэниелом Креттоном, а также актёрами Симу Лю и Фалой Чэнь.

Дестин Дэниел Креттон, режиссёр и соавтор сценария

Большое преимущество «Шан-Чи» в том, что это самостоятельная история. Все герои в ней связаны с сюжетом самого фильма. Такой подход был выбран с самого начала или вам пришлось за него посражаться?

Нет, при работе над сюжетом меня ни в чём особо не ограничивали. Всё складывалось постепенно: мы обсуждали, какую историю хотим рассказать и как именно вписать её во вселенную Marvel. Более того, нам было важно заявить Шан-Чи как часть мира «Мстителей». К финалу он показывает, что достоин стоять бок о бок с героями, которых мы давно знаем и любим. Так что работать в рамках вселенной Marvel было очень даже интересно.

Ещё одна особенность вашего фильма — обилие флешбэков. Кажется, они занимают примерно 20% истории, это почти что отдельный сюжет. Почему вы уделили им так много внимания?

Флешбэки — часть развития персонажей. Мы наблюдаем за тем, как Шан-Чи и члены его семьи заново проживают свою боль и прорабатывают травмы прошлого. Как правило, флешбэки в этом фильме поданы с точки зрения того или иного героя. Мы не просто выдаём зрителю информацию о случившемся, но показываем, как персонажи (возможно, впервые в жизни) примиряются с событиями, о которых они хотели забыть. Это важная часть эволюции Шан-Чи.

Что удивительно, ко всем вашим героям — людям сложным и неидеальным — вы относитесь с симпатией. С одной стороны, это история сына, который заново обретает семью. Но также это история отца, который понимает, что причинил своим детям немало боли. Какой из этих сюжетов был вам по-человечески ближе?

Оба важны в равной мере. Я хотел отразить как историю Шан-Чи, так и точку зрения Вэньву. Обратите внимание, все сцены воспоминаний по ходу фильма ведут к кульминации. Незадолго до третьего акта мы показываем очень долгий флешбэк — историю, о которой Шан-Чи до этого боялся вспоминать. События, которые он весь фильм пытается скрыть.

Присмотритесь к этой сцене: не очень понятно, чьи это воспоминания. Это общий флешбэк для отца и сына. Они оба вспоминают общую трагедию. Чрезвычайно болезненный момент, после которого их пути разошлись. Каждый из них отреагировал на эту боль по-своему. Собственно, весь фильм — это и есть история о том, как разные люди прорабатывают свою боль и учатся жить дальше.

У вас необычный подход к музыке. К примеру, тема Шан-Чи составлена из мотивов его матери и отца — ловко придумано! Или взять момент пробуждения дракона в финале. Обычно в таких сценах музыка грохочет и гремит. А у вас, наоборот, звук очень мягкий, почти нежный. И вот такого в фильме много. Как вы к этому пришли?

Надо же, как вы это заметили? Вы музыкант?

Нет, просто люблю музыку из кино.

Вы всё подметили верно. Музыка в фильме помогает рассказать историю. И мы с композитором Джоэлом Уэстом долго решали, как передать эмоциональное развитие героев через саундтрек. Вот, скажем, Шан-Чи. У него нет своей темы, ведь он ещё не определился, кто он такой. Лишь в конце он находит баланс между тем, что унаследовал от матери и отца. И так у Шан-Чи появляется своя персональная тема — надеюсь, она закрепится в будущих фильмах.

Что же до сцены с драконом, то от неё действительно ждёшь громкого звучания духовых, ощущения триумфа. Но для Шан-Чи это момент контакта с духом матери — нежный, умиротворённый, эмоциональный. К тому же на монтаже мы много экспериментировали. Попробовали наложить на эту сцену более бравурную музыку, но она не очень подошла по настроению. А вот более мягкая тема оказалась намного удачнее.

Съёмки проходили в разгар пандемии. А фильм у вас большой, на площадке множество людей. Пришлось ли вам изменять сцены, чтобы подстроиться под новые правила работы?

Да. Есть одна сцена… Мы как раз были на съёмках эпизода в бойцовском клубе, и там была огромная массовка. Но прямо по ходу работы нас посадили на самоизоляцию. Когда съёмки удалось возобновить, мы сразу готовились к тому, что придётся решать эту сцену по-новому. Создавать цифровую толпу, снимать по несколько человек за раз, по-особому их размещать… В кадре по-прежнему много людей, но снимались они в разное время. В создании массовки нам очень помогла команда по визуальным эффектам. Но разобраться, как отснять эту сцену безопасно, было непросто.

Симу Лю (Шан-Чи)

У вас с Шан-Чи немало общего. В детстве вы переехали из Китая в Канаду и долго искали себя, прежде чем пойти в актёры. А сейчас вы вдруг стали частью огромной вымышленной вселенной, и ваш экранный «отец» — живая легенда Тони Люн. Вы вдохновлялись собственным опытом при создании персонажа? 

Думаю, все актёры привносят в своих персонажей частичку себя. Источников вдохновения у меня было немало: многое из того, с чем сталкивается Шон, мне хорошо знакомо. Он несёт на плечах груз ожиданий своих родителей, ищет себя, попадает в новые условия и должен к ним быстро адаптироваться. Знакомо мне и то, как герой учится принимать себя. Он примиряется со своими сильными и слабыми сторонами, тьмой и светом, сомнениями и уязвимыми точками. Принимает себя целиком. Я тоже проходил этот путь — как, думаю, и многие из зрителей. Шан-Чи похож на всех нас. Надеюсь, это поможет ему найти отклик по всему миру.

В фильме на редкость чёткие и техничные боевые сцены — в том числе и в вашем исполнении. Настолько реалистичного экшена от Marvel обычно не ждёшь. Расскажите, как вы этого достигли?

Сейчас в кино полно графики, супергерои часто творят такое, на что обычные люди не способны. А Шан-Чи совсем другой. В начальных сценах в Сан-Франциско у него ещё нет сверхспособностей, он делает то, что под силу любому. И это позволило нам сделать экшен более тактильным и убедительным. Бои чаще разворачиваются в нашей реальности, а не в фантастическом мире. Никто не летает в космос в железном костюме — для этого, понятное дело, уже нужна графика и эффекты. Такой экшен тоже интересно смотреть, но эффект от него всё-таки другой.

Я слышал, вы также пробуете себя в роли сценариста и режиссёра. Удалось ли вам привнести собственный текст в «Шан-Чи»? Или от вас требовали чётко следовать намеченному плану?

Нет, наш режиссёр Дестин всегда открыт к новым идеям. На площадке он создал невероятно творческую и дружескую атмосферу. Актёры вообще не любят, когда их урезают: пришли, сделали что надо, сказали как написано. Мне лично кажется, что актёр должен быть хранителем персонажа. Всё, что герой делает и говорит, как он выглядит, — это наша работа. И да, режиссёр помогает нам её выполнять, но актёры должны приносить на площадку свои собственные идеи, пробовать что-то новое. К этому Дестин стремился с самого начала. Говорил: «Нам не нужен один верный путь к материалу. Мы должны найти 10–20 разных маршрутов. Нет одного-единственного способа сыграть сцену. Ищите новый, неожиданный, яркий подход». О лучшем режиссёре я и мечтать не мог. Я чувствовал, что Дестин уважает меня и мой опыт. Это очень ценно.

Фала Чэнь (Инь Ли)

У каждого героя в фильме свой боевой стиль. Скажем, Вэньву сражается очень агрессивно, а у его жены Инь Ли, вашей героини, наоборот, изящные и плавные движения в духе китайских боевиков-уся. Расскажите, как вы пришли к такому стилю?

Я просто пришла на площадку, а там нас всех уже повели тренироваться. Для меня разработали целый комбинированный курс упражнений. В основе моего стиля — тай-чи, изящное боевое искусство из Древнего Китая. Меня обучили его основам: позам, приёмам, движениям рук. Но также я изучала философию тай-чи, и некоторые элементы из этих древних писаний вошли в сам фильм. Ведь идеи тай-чи очень созвучны характеру моей героини, её энергетике. Так что тренировки во многом помогли мне понять душу моего персонажа.

И да, боевая подготовка заняла уйму времени, но зато актёры успели познакомиться друг с другом. Мы вместе перенесли это испытание, обменивались шутками и неловкими ударами, потом извинялись. Этот опыт нас крепко сплотил, мы стали близкими друзьями.

И по фильму это видно! В «Шан-Чи» сделан большой акцент на командной работе, у персонажей отличная «химия» друг с другом. На площадке были какие-нибудь совместные дружеские ритуалы? Может, вместе ходили в караоке?

Мы вместе ели. В китайской культуре это очень важно, через еду мы выражаем любовь. Симу и Мэнъэр() вообще любят поесть. Особенно Мэнъэр. Она ведь крошечная и очень худая. А ест больше, чем мы все вместе взятые! Так что да, мы почти каждый вечер вместе ходили ужинать. А также играли: в настолки, в видеоигры, в покер. В общем, проводили время вместе и через это сдружились.

Вам, как и большинству актёров в фильме, довелось жить как в китайской, так и американской культуре. И, конечно же, это важная часть фильма. В чём, на ваш взгляд, ключевые различия между этими двумя странами?

Ой-ёй… Я вижу больше сходств, чем различий. Особенно в том, что касается семьи, — ведь это центральная тема фильма. Да, в том, как мы общаемся и строим отношения с родными, есть своя культурная специфика. Но в основе всего лежит чувство безусловной любви — и это, мне кажется, чувство универсальное. Любовь родителей к своим детям и наоборот.

Бывает, мы по-разному выражаем эту любовь. Скажем, Вэньву — традиционный китайский отец. Он, конечно, любит своих детей, но проявляет это через суровые тренировки. Он всегда требует от сына наилучших результатов и потому кажется холодным и жестоким. Но так он выражает любовь.

Американцы же всегда поддерживают детей: «Ой, ты молодец! Такой умница!» Они открыто выражают свои чувства. Не знаю, как с этим обстоят дела в России — может, что-то среднее… Или ближе к Китаю?

Русские часто считают, что мы где-то между Востоком и Западом. Мол, у нас свой путь. Но да, родители у нас бывают суровы.

А вот в Америке совсем иначе, вся любовь напоказ. «Милый, дорогой, люблю тебя, ты чудо». В китайских семьях такое — большая редкость. Но тут разница лишь в коммуникации. Ведь в глубине души мы всё равно друг друга любим.

«Шан-Чи» интересен ещё и тем, как он ломает привычные гендерные роли. В первой сцене Вэньву — могучий древний военачальник. А потом появляется ваша героиня и шутя отбрасывает его в сторону. Впоследствии отец так же недооценивает дочь, но Сялин вырастает и становится крутым бойцом. Наконец, сам Шан-Чи по-настоящему становится героем, только когда признаёт в себе материнское начало. Как в той сцене, где он разжимает кулак…

…и открывается своим эмоциям, да. Боже, сколько раз вы смотрели фильм?

Ну… всего один.

Всего один? И всё это заметили! Даже мы не сразу поняли весь смысл. Ничего себе!

Как думаете, важно ли, чтобы мужчины учились действовать более мягко и скорее равнялись на своих матерей?

Несомненно! Взгляните хотя бы на историю человечества… Все войны начинали люди вроде Вэньву. Он постоянно на поле сражения. Думаю, будет справедливо сказать, что мужчины развязали множество войн. Согласимся также, что конфликт — дело плохое. Войны всегда приносят человечеству столько бед! Так что да, я больше верю в силу коммуникации. А в этом женщины, как правило, успешнее. У нас более мягкий подход.

Так же и с тай-чи. Ты принимаешь силу противника и возвращаешь её. Это не делает тебя слабым — наоборот, ты контролируешь ситуацию и обращаешь чужую силу в благое русло. В нашем фильме все героини обладают великой силой, но используют её мягко и изящно. Очень надеюсь, что когда-нибудь Marvel выпустит фильм, где все эти прекрасные женщины будут работать заодно и в полной мере проявят свои уникальные способности.

 

Оставляя комментарии на сайте «Мира фантастики», я подтверждаю, что согласен с пользовательским соглашением Сайта.

Читайте также

Статьи

«Дюна» Дени Вильнёва — пир для глаз, работа для души 2
0
16623
«Дюна» Дени Вильнёва — пир для глаз, работа для души

Кино большое, как полет на Луну, и столь же дорогое.

Читаем книгу Адама Пшехшты «Тень»
0
26241
Читаем книгу Адама Пшехшты «Тень»

Фрагмент из третьего и заключительного романа Materia Prima.

Что почитать из фантастики? Книжные новинки августа 2021 16
0
81526
Стивен Кинг «Позже»: подростковый хоррор о потусторонних тварях и внутренних демонах

Роман взросления под маской «хоррора о сверхъестественном».

Обзор Deathloop. Полезай в петлю!
0
125536
Обзор Deathloop. Полезай в петлю!

Убить, умереть, повторить.

«Ночные тетради»: детский ужастик с взрослой философией 17
0
137416
«Ночные тетради»: детский ужастик с взрослой философией

Злодей даёт советы по сценарному мастерству, а творческий кризис грозит герою смертью.

Читаем книжный сериал «Охотники за книгами» Макса Глэдстоуна
0
180576
Читаем книжный сериал «Охотники за книгами» Макса Глэдстоуна

Пытаясь помочь непутевому брату, сотрудница полиции Сэл Брукс неожиданно понимает, что в городе работает целый отряд по борьбе с проникновением магии в реальность.

Джо Аберкромби «Мудрость толпы»: первые впечатления от романа о революции
0
196946
Джо Аберкромби «Мудрость толпы»: первые впечатления от финала трилогии о революции в фэнтезийном мире

Финал трилогии «Эпоха безумия» подарил нам один из самых суровых образов революции в фэнтези.

«Монстры за работой»: стоит ли смотреть сериал-продолжение «Корпорации монстров»? 2
0
228015
«Монстры за работой»: стоит ли смотреть сериал-продолжение «Корпорации монстров»?

Для привлечения подписчиков на Disney+ создатели мультфильмов Pixar пытаются превратить их во франшизы — но не могут держать планку.

Спецпроекты

Top.Mail.Ru

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: