11

Читаем героическое фэнтези «Чёрная призма» Брента Уикса

3 мая 2022
03.05.2022
313319
11 минут на чтение

У нас на сайте — отрывок из романа в жанре героического фэнтези «Чёрная призма» Брента Уикса. Этот мир выделяет удивительная магия — хроматургия, которая отражается в умении вытягивать определённые цвета. В центре событий оказывается Призма — Гэвин Гайл, способный добывать все цвета.

И в этом отрывке Гэвин сталкивается с синим одержимцем — магия двух цветов схлёстывается, обнажая жуткие секреты.

Брент Уикс «Чёрная Призма»

Гэвин Гайл — Призма, самый могущественный человек в мире. Он высший священник и император, человек, чья сила, воля и обаяние сохраняют хрупкий покой. Но Призмы недолговечны и Гэвин знает точно сколько ему осталось жить.

Когда Гэвин обнаруживает, что у него есть сын, родившийся в далеком королевстве после приведшей его к власти войны, ему приходится решить какую цену он готов заплатить, чтобы сохранить в тайне секрет, способный разорвать мир в клочья.

Гэвин затравил много цветодеев, но этот был какой-то не такой.

Безумие поражало каждого цветодея по-разному, но синие всегда упивались порядком. Они любили твердость синего люксина. Большинство со временем пытались усовершенствовать себя с его помощью. Каждый из них верил, что они смогут избежать безумия, если будут достаточно тщательны, умны и станут обдумывать каждый шаг. Но кем был синий, пересекающий самую красную пустыню Семи Сатрапий?

Рондар Вит был направлен в маленький приморский городок Рутгара. Женат, четверо детей, хорошие взаимоотношения со своим покровителем, который две недели тянул, прежде чем сообщить об исчезновении Рондара —  никому не хочется верить, что его друг сошел с ума.

Гэвин брел по пустыне. Он на короткое время остановился у своего связника на побережье, оделся полностью в красное, вооружился и думал, что настигнет цветодея до темноты. Тем не менее он выдохся. Скользил над землей он быстро, но его руки, плечи, ноги и пресс ныли. Воля иссякла. У Призмы не возникало светоболезни, когда он слишком много извлекал, но он все же устал и его потряхивало.

Подойдя к вершине дюны, Гэвин остановился, чтобы не выделяться на фоне горизонта, и начертил пару длинных линз. Обычно выслеживать синих было легко, поскольку какими бы хитрыми они ни были, большинство терпеть не могло нелогичности. Если понять, куда именно они идут, то накроешь их на самом эффективном пути туда. Гэвин понятия не имел, какова цель этого цветодея, но он следовал линии берега. Если только его цель не была поблизости, то Гэвин предполагал, что одержимец продолжит идти вдоль берега, держась на расстоянии от самого побережья, избегая ферм и городков. Конечно, цветодей сделал ошибку, подойдя слишком близко к краю пустыни, чтобы быстрее добраться до воды, и его заметил мальчишка, который пас тощий скот пустынных кочевников. Мальчик рассказал отцу, а тот поведал всем, включая связного Гэвина.

Несколько дней цветодей пытался уйти как можно дальше от пастухов.

Так что Гэвин строил догадки, извлекая синий, чтобы помочь себе думать, как они. Поскольку у цветодея не было лошади, насколько видел пастушонок —  а лошади, как правило, терпеть не могли цветодеев, —  человек, идущий через пустыню, слишком быстро передвигаться не может. Гэвин бывал тут и прежде, и хотя не знал местности досконально, было несколько точек, где человеку надо решать, идти ли по прибрежной дороге или по торговой через Треснувшие Земли. А кое-где Треснувшие Земли становились настолько искореженными и опасными, что там не было торговых троп вообще. Гэвин не собирался выбирать. Он ждал в одной из точек, где дороги встречались и расходились.

Он ждал. Он вытянул рубаху из-под пояса, застегнул через пуговицу, чуть сдвинул набок и снова заправил, выпустив с одной стороны. И стал ждать. Он перекачивал субкрасный в огненные кристаллы, чтобы отводить жар от тела, наблюдая, как крохотные кристаллики обретают очертания, сминаются и вспыхивают. Каждые десять минут он возвращался к вершине высокой дюны, высовывал голову и озирал пустыню.

Когда солнце спускалось, Гэвин заметил красноречивый блеск. Забыв об усталости, он вновь стал кружащим ястребом, поджидающим, когда сурок высунется из норы. Он ощутил тот же приступ черной ярости, который переживал каждый раз. Он должен убить цветодея, немедленно, не слушая его лжи, оправданий, надменного безумия.

Нет, на сей раз он выслушает —  сначала.

Кожа одержимца была покрыта синим люксином —  это была не броня, а панцирь. Хроматургия меняла всех, но синие были помешаны на совершенстве магии. Они готовы были продать плоть за люксин. Этот зашел дальше прочих. Талантлив, точно педантичен и наверняка блестящий извлекатель. Он все еще был в синих штанах и рубашке, хотя и то и другое было грязным и —  что не в характере синих —  рваным. Значит, он уже почти утратил необходимость в одежде, но опасность остаться открытым в пустыне или вероятность, что потребуется вытянуть еще немного синего, заставили эту тварь сохранить одежду чуть дольше. Лицо его, однако, было сущим чудом —  или кошмаром, смотря с какой стороны посмотреть.

Он загнал люксин даже под кожу. Гэвин видел такое прежде. Этот процесс должен быть медленным и достаточно тщательным, чтобы не вызвать заражения или отторжения, но как только он начинается, завершить его надо быстро. Кожа теряла ощущения и начинала погибать, как только ее отделяли от тела, так что гниющая кожа начинала с цветодея облезать. У этого лопнул лоб, обнажая синеву яйца дрозда под сползающей омертвелой кожей. Он сделал синие покрытия для своих глаз от бровей до скул, крепкие такие купола, чтобы по сути дела постоянно носить синие очки, но в результате стал выглядеть как жук с выпученными синими глазами. Это, подумал Гэвин, один из худших вариантов попыток одержимцев улучшить себя. Если гибнет твоя кожа, гибнут и веки. Если даже ты можешь создавать тонкую синюю мембрану каждый раз, как тебе нужно моргнуть —  а это должен быть удержанный синий люксин, поскольку натирать синим стеклом глазные яблоки плохая идея,  и даже если с этим справиться, то ты никогда не сумеешь закрыть глаза, чтобы спать. Даже цветодеям надо спать.

Часом позже, когда солнце почти коснулось горизонта и пустыня загорелась прекрасным огнем, Гэвин надел взятые на время красные очки, обернулся красным плащом, открыл белый магический факел и вышел навстречу одержимцу.

Синий цветодей содрогнулся. Синие ненавидели неожиданности, ненавидели непредвиденное, ненавидели срыв планов. Но их также трудно было понять —  синее совершенство люксинового лица не давало выражать эмоции —  так же как магия, текущая в жилах, медленно стирала способность цветодея эти эмоции ощущать.

Но удивление длилось лишь мгновение. Одержимец бросился прямо на Гэвина, пылая синей кожей, глаза его буквально полыхали, безумные, освещенные изнутри отраженным синим светом. Гэвин бросил магический факел на песок перед собой и распахнул красный плащ, широко расставив ноги на склоне дюны в ожидании нападения.

Рука Гэвина скользнула по перевязи, маленькие пальчики красного люксина выхватили все крохотные кинжалы из чехлов. Он сделал большой шаг вперед левой ногой, создав с десяток маленьких стволов вдоль руки. Затем его правая рука метнулась вперед со всей мощью, накопленной в его теле вместе с силой его воли. Эти крохотные кинжалы превратились в стальные снаряды. Они полетели со страшной скоростью один за другим.

В левой руке цветодея возник синий щит и увеличился до громадного, чтобы перехватить плевки красного, которого он ждал от красного мага с магическим факелом. Вместо этого в щит ударили стальные кинжалы со стуком града по свинцовой крыше. Щит покрылся дырками, треснул и распался. Последние три кинжала достигли цели. Первый ударил в скулу и отскочил от панциря. Второй лишь рассек воздух возле шеи, а третий вошел в плечо
твари.

Одержимец, однако, уже начал контратаку. Он выбросил вперед правую руку, пять громадных пик сформировались в воздухе и полетели шеренгой в живот Гэвину, так что если бы он уклонился вправо или влево, его все равно зацепило бы.

Гэвин, конечно, смухлевал. Он создал под песком прочную платформу, оттолкнулся от твердой поверхности, перевернулся и съехал по склону дюны. Одержимец размахнулся, отбросил люксиновые копья и извлек гигантский меч. Он увидел, что в перевороте Гэвин потерял очки, и лицо его дернулось в усмешке. Скула цветодея была рассечена кинжалом Гэвина, клок кожи сполз и повис, обнажая штрихованную сеть синих сосудов и синий люксин, хотя тот и треснул в точке удара. Капилляры сочились синим. Кинжал в левом плече, казалось, замедлил его движения, но ничего опасного ему не сделал.

— Вы, красные, —  проскрежетал одержимец, словно давно не говорил, —  так импульсивны. Ты думал, что сумеешь справиться со мной в одиночку лишь потому, что сейчас закат в пустыне?

Гэвин глянул на очки, лежавшие на песке над ним. Тварь увидела их и размахнулась мечом. Клинок удлинился в замахе на целых пять шагов, разнес очки вдребезги и снова укоротился.

— Тебе было лучше оставить убийство Освобожденного твоему Призме, —  сказала тварь.

Освобожденного?

— Призма для тебя слишком большая честь, —  ответил Гэвин. —  Нам сказали, что мы справимся с одним синим цветодеем в пустыне. Говорят, Рондар Вит не столь уж и талантлив.

Одержимец рассмеялся.

— Думал, я разозлюсь? Я больше не Рондар. Империя Призмы рушится тебе на голову, раб. Иди к нам. Узнай, что такое быть свободным. Тебе лет пять осталось? Недолгий срок для извлекателя в их мирке. Зачем умирать за их ложного бога? За их вранье? Зачем вообще умирать?

Одержимец пытается перевербовать его? Что-то новенькое. Гэвин прищуривался. Чем меньше тварь видит его глаза, тем меньше шанс, что он заметит, насколько они странные.

— Ложный бог? —  сказал Гэвин. —  Бессмертие?

Вязкий удержанный синий люксин потек по внутренней части его жучиных глаз, от внутреннего уголка к внешнему. Моргает.

— Ты же не веришь в Оролама? Ты совсем скурвился или просто дурак? Если Оролам сам выбирает Призму, как учит Хромерия со времен Люцидония, то как могут быть две Призмы в одном поколении? Или ты из тех духовных трусов, кто называет это чудом и говорит, что Оролам непостижим?

Одно дело, когда цветодей пытается убежать —  даже синим ведома трусость. Но оскорбление самого Оролама —  ересь и подрыв основ мироздания. Если ты зовешь Оролама лжецом и говоришь, что все власть имущие это знают, то Хромерия становится распространителем лжи, угнетателем, а не другом, которому нужна твоя помощь для поддержки ее достойных дел.

— Я много лет не верю в Оролама, —  честно сказал Гэвин. —  Но зачем мне менять один предрассудок на другой?

Одержимец глянул на Гэвина, заметил, что рубашка застегнута криво. Хорошо. Всякий раз, как он смотрит на рубашку, он не смотрит в глаза.

— Ты перестаешь верить в ложь, чтобы суметь поверить в правду, а не чтобы ни во что не верить. Король Гарадул… —  Он осекся, с подозрением глянув на Гэвина. Что-то сообразил.

— Король Гарадул, который ведет Освобожденных? —  спросил Гэвин.

— Кто ты? —  спросила тварь. —  Ты не волнуешься. А должен бы. —  Он вырвал кинжал из плеча, отшвырнул в сторону и закрыл рану. Затем одержимец достал длинный, с шарообразной рукоятью пистолет с фитильным замком из потрепанной сумки, начал тщательно заряжать его в странной, быстрой, но отстраненной манере синих цветодеев, как порой с ними бывает. Синий люксин он использовал как продолжение своих рук. Синий люксиновый шомпол, синие люксиновые пальцы, чтобы держать фитиль, синий люксин, чтобы достать натруску и свинцовую пулю. Он схватил магический фонарь и поднял его, чтобы поджечь фитиль. —  Глупый, суетливый красный извлекатель, —  сказал одержимец, глядя на криво застегнутую рубашку Гэвина. —  Всегда лучше чуть больше потратиться и купить магический факел своего цвета.

— Я так и сделал, —  сказал Гэвин.

Взгляд твари метнулся от магического факела к глазам Гэвина. Даже сквозь жучиные заслонки и застывший на лице люксин Гэвин прочел осознание в каждом очертании тела твари.

Прежде чем тот успел шевельнуться, Гэвин прыгнул вперед с безумным воплем. Пойманный врасплох, одержимец потерял концентрацию на люксиновой руке, держащей магический факел, и та рассыпалась, уронив пылающую головню. Но одержимец не забыл ни о большом мече, ни о пистолете. Он поднял клинок, чтобы пронзить Гэвина, навел пистолет.

Создав люксиновые шесты в каждой руке, Гэвин отбил клинок, далеко отбросил руки твари. Позволив шестам распасться, извлек узкий синий клинок, выпрыгнувший из его ладони. Он шагнул ближе, в радиус обхвата рук синего цветодея, пусть ударник щелкнул и фитиль опустился. Он всадил клинок и руку в грудь одержимца. Панцирь с громким треском подался. Гэвин стряхнул оставшийся синий люксин и вытянул самый горячий субкрасный, который только могли терпеть руки.

Он стиснул кулаки, и вокруг них заклубилось пламя.

Пистолет взревел и вылетел из руки цветодея. Тот попятился, но Гэвин снова шагнул к нему. Нанес два коротких удара —  правой в левый глаз твари, левой —  в правый. Синие жучиные линзы треснули, расплавились, выпустив короткие выбросы смолистого и мелового запахов. Все произошло так быстро, что цветодей не смог сопротивляться. Синие медленно реагируют, когда оказывается, что их расчеты неверны.

Одержимец пошатнулся, сел, попытался собраться, но упал на песок.

Несмотря на синие безвекие глаза, обгорелую кожу и сеть люксина, видную в порезе на щеке, он внезапно показался Гэвину почти человеком.

Испуганный взгляд этих глаз с прорванным ореолом.

Красная-красная кровь, струящаяся по груди.

И внезапно он стал больше человеком, чем подобием твари, что стояла над ложем Севастиана много лет назад, спиной к разбитому окну, с мерцающей на свету синей кожей и красной кровью.

Гэвин судорожно вздохнул. На сей раз надо остановиться. Еще никто безвинный не погиб. Осталось отдать долг приличию не потому, что Рондар Вит этого заслуживал, но вопреки.

— Ты отдал все что мог, Рондар Вит. Служба твоя не будет забыта, но твои ошибки стерты, забыты, уничтожены. Даю тебе отпущение. Даю тебе свободу. Даю…

— Дазен! —  воскликнул одержимец, корчась, зажимая руками рану. Гэвин был так ошеломлен, что сбился в погребальном ритуале. —  Дазен ведет нас, и Князь Цвета правая рука его!

Цветодей рассмеялся, кровь брызнула из его сегментированных синих губ.

— Дазен мертв, —  сказал Гэвин. Нутро его свело.

— Свет нельзя сковать, Призма. Это не под силу даже тебе. Ты еретик, не…

И тьма смерти в конце концов поглотила одержимца.

Читайте также

Брент Уикс «Чёрная Призма»

Брент Уикс «Чёрная Призма». Мир, поглощаемый хаосом

Роман в лучших традициях героического фэнтези.

Перевод Наталии Некрасовой

Оставляя комментарии на сайте «Мира фантастики», я подтверждаю, что согласен с пользовательским соглашением Сайта.

Статьи

Вадим Панов «Чужие игры. Противостояние». Космическая Одиссея талантливых детишек
0
28309
Вадим Панов «Чужие игры. Противостояние». Космическая Одиссея талантливых детишек

Юношеская космоопера с детективной линией и социальным подтекстом.

«Первобытный» Тартаковского, 2 сезон: или Почему сквозной сюжет не нужен 2
0
89163
«Первобытный» Тартаковского, 2 сезон: или Почему сквозной сюжет не нужен

Вот бы Клык и Копьё и дальше молча всё время куда-то бежали, искореняя древнюю фауну…

Сафие Аль Хаффаф «Три брата и жемчужина дракона. Книга 1». Люди и ёкаи против Зла
0
173875
Сафие Аль Хаффаф «Три брата и жемчужина дракона. Книга 1». Люди и ёкаи против Зла

Сказочное фэнтези в японских декорациях.

Обсуждаем четвёртую фазу киновселенной Marvel в 54-м выпуске Фантастического подкаста
0
479097
Обсуждаем четвёртую фазу киновселенной Marvel в 54-м выпуске Фантастического подкаста

Какой футбол, мы любим комиксы!

Настольная игра Resolvers
0
240672
Предрассветный киберпанк. Превью настольной игры Resolvers

Первый взгляд на реиграбельный кооперативный детектив от студии Mist Machine.

««Звёздные войны: Андор» — первые впечатления от сериала про охреневших имперцев и гражданское сопротивление 4
0
445979
«Звёздные войны: Андор» — первые впечатления от сериала про озверевших имперцев и гражданское сопротивление

«Мир фантастики» ознакомился с сериалом и спешит поделиться впечатлениями.

Герои, стремящиеся к искуплению грехов 3
0
465936
Книги про героев, стремящиеся к искуплению грехов

Пять персонажей, которые стараются исправить ошибки прошлого.

Мифологическое фэнтези 12
0
640017
Мифологическое фэнтези

Разберёмся, как мифология повлияла на жанр фэнтези и в каких книгах можно встретить древних богов и героев.

Спецпроекты

Top.Mail.Ru

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: