11

У нас на сайте — отрывок из романа Марины Беляевой «Феи Гант-Дорвенского леса». Книга на стыке фэнтези и тёмной сказки поступила в продажу в конце 2020-го, и теперь с разрешения издательства «Перископ-Волга» мы делимся третьей главой, в которой знакомимся с главными героями и чудовищным Паучьим Королём.

Действие происходит в мире, напоминающем Англию начала XIX века, где феи и прочие фольклорные создания реальны, а вера в них повсеместна. Тилли, как и её мама и бабушка, «глазач», то есть может видеть скрывающихся среди людей фей, и эта способность приносит её семье несчастья. Помешав фее подменить младенца, Тилли переходит дорогу Паучьему Королю, правителю Гант-Дорвенского леса, и вынуждена бежать из родного города. В пути она встречает Кейтилин — воспитанную в хорошей семье девочку, которая считает фей добрыми и сказочными созданиями. Вскоре она понимает, что это не так, но прежде девочкам придётся пережить ряд неприятных приключений, встречи с врагами и заглянуть в недра опасного и дремучего Гант-Дорвенского леса…

Третья глава

Читаем книгу Марины Беляевой «Феи Гант-Дорвенского леса» 1

— Я весьма разочарован тобой, дитя. Кажется, ты не приняла всерьез мои слова, раз ты считаешь, что можешь так просто гулять по лесу.

Мрачная и вечно темная поляна, деревья, заросшие паутиной, обернутые в плотный кокон трупы… словно Тилли не уходила из этого ужасного места. Паучий Король возвышался над ней, недовольно скрестив тонкие руки-лапы на груди. Девочка зачарованно глядела на него, понимая, что теперь видит его достаточно хорошо и не знает, зачарована ли она его уродством или, напротив, оцепенение удерживает ее от потери чувств.

Паучий Король немного изменился с их последней встречи. Его лицо стало чуть более человеческим, скулы — очерченными, на лице отчетливо виднелся тонкий с горбинкой нос, кожа приобрела оттенок серой древесной коры, а яркие алые губы скривились в выразительной, немного неестественной гримасе. Однако он весь был густо покрыт тоненькими ворсинками, как будто на нем все еще оставалась паучья шкура.

Да, паучья шкура. Конечно.

— Ты должна гордиться тем, что тебе предоставлено, — сообщил Король, сопровождая свою речь не то присвистыванием, не то шипением, не то многократным эхом. — Наглая девчонка! Думала, раз я отпустил, то тебе больше не грозит никакая опасность?!

— Я убегала, — робко подала голос Тилли. — Я, правда, убегала, ты же видел…

— Вы слышали, она убегала! — обратился Король неизвестно к кому, и со всех сторон послышался смех. Тоненький, страшный, издевательский, бьющий по ушам и заставляющий сгорать со стыда. Кто же это смеется?..

— Я же не виновата, что она ко мне прибилась, — произнесла Тилли, прикусывая губу. — Я же не виновата…

— Нет, виновата, — прошипел Король, и в его многократно усиливающемся голосе слышалось искреннее презрение. — Надо было скормить ту девчонку дракону и уходить самой!

— За что ты хочешь с ней так обойтись? — тихо спросила Тилли. — Что она тебе сделала?

— О, девочка, девочка, — голова на длинной змеиной шее укоризненно покачалась из стороны в сторону, и Тилли не могла отвести от нее взгляд. — Неужели какая-то златовласка для тебя дороже собственной деревни?

Тилли не хотелось об этом думать, но она не могла отделаться от неприятной мысли, что Король абсолютно прав: сколько времени Тилли потратила на ту девчонку! А могла бы быть уже далеко, намного дальше, чем теперь… Но нет, все ее доброта, дурацкая и никому ненужная. Теперь та девчонка под деревом дрыхнет, а Тилли стоит наедине со своей судьбой и не знает, куда ей деваться.

«Лучше бы и, правда, он меня еще тогда слопал. Не пришлось бы мне убегать и стоять вот так, как дуре».

— Ну, раз ты настолько несерьезно относишься к моим словам… Лес не может оставить безнаказанной человеческую наглость.

— Глаза выколешь, что ли? — спросила Тилли, внутренне содрогаясь от страха, но почему-то не такого сильного, как она ожидала. Конечно, девочке было мерзко представлять, как она будет ходить в абсолютной темноте, испытывая режущую боль на месте глаз, но Тилли к этому давно была готова. Не раз, возвращаясь поздно ночью домой, Тилли закрывала глаза, представляя себя абсолютно слепой, как мама. Ведь именно так и заканчивают глазачи: либо их съедают, либо они лишаются своих волшебных глаз — и этот вариант Тилли нравился, пожалуй, даже больше.

Хотя это, должно быть, ужасно больно.

— О, нет! Это слишком просто для такого проступка. Подумаешь, глаза! Я ел их тысячами: они не так вкусны, как человеческие сердца, и не способны насытить мое голодное брюхо. Нет, твой проступок куда страшнее и заслуживает большего наказа-

ния!

— Тогда что ты сделаешь? — озадаченно спросила Тилли. У нее закрались нехорошие, страшные подозрения. Неужели он нарушит обещание и кого-нибудь слопает? Нет, это же невозможно!

Он слово дал!

«Это же феи, — лихорадочно думала она. — Слово дал, слово взял, и никакой разницы. На все им, гадам, наплевать, так что и этот, пожалуй, нарушит».

Однако ее размышления прервали слабые крики. Паучий Король неподвижно замер, и все его глаза обратились в сторону источника шума. Девочка тоже прислушалась, желая расслышать, кто же это ночью не спит, а ходит и голосит по страшному, темному лесу.

— Тилли! Тилли! — надрывался голос, и Тилли с ужасом узнала, чей это был крик.

— Ты знаешь его? — спросил Паучий Король, не сводя все свои восемь глаз с побелевшего лица Тилли.

— Н-нет, — выдала она скорее случайно, чем намеренно: ее мысли были заняты другим и совсем не следили за языком. — Я, правда, его не знаю, честно!

Паучий Король наклонил к ней свою голову, так, что Тилли могла разглядеть через серую кожу чудовища тонкие черные вены. Они были очень длинными, и шли через всю шею вниз, к вороту пальто, так что казалось, будто они вырастали прямо из него.

— Зачем ты мне врешь, дитя, — печально произнес Паучий Король, и сердце Тилли ухнуло куда-то в пятки.

— Нет, я не вру, — дрожащим голосом сказала она. — Нет, правда, не вру, я вовсе его не знаю!

— Тилли!!!

— Я, правда, его не знаю, — более уверенно произнесла Тилли, сжимая края юбки до побелевших костяшек. — Спроси его имя, и я не смогу назвать.

Паучий Король внимательно смотрел на нее. Он не сердился и не гневался, как в первый раз, но во взгляде его черных глаз не читалась ни одна человеческая эмоция — и Тилли это пугало.

— Никто не пытался обмануть меня так глупо, дитя, — наконец сказал он, и Тилли внезапно оказалась на земле.

Она не знала, как так получилось: он не толкнул ее, не сбил с ног, она даже не упала. Просто в одно мгновение она стояла перед гигантским королем фей, а в другое — уже лежала на земле, все облепленная мелкими существами, похожими не то на крупных муравьев, не то на птиц с человеческими руками. Несмотря на свой маленький рост, они держали ее достаточно крепко, чтобы у девочки не было возможности вырваться. Поначалу Тилли даже пыталась это сделать: сначала она резко дернула левым плечом, затем правым — ничего не вышло. Лишь этих странных тварей довела до ехидных тихих смешков, больше похожих на стрекот кузнечиков.

Мальчишка вышел на полянку Паучьего Короля: он явно не видел истинного обличия и думал, что это такое же обыкновенное место, как и все поляны в лесу. Он смотрел по сторонам, держа в руках березовую рогатину, и кричал: «Тилли! Тилли!», даже не пытаясь вести себя осторожно. Тилли с негодованием подума ла о том, что этот придурок даже с лисой не смог бы справиться; и с чего этот идиот вообще взял, что это хорошая мысль — пойти одному ночью в лес?! И разве она не приказывала ему идти домой?..

Паучий Король неподвижно замер, не издавая, кажется, никакого шума. Его шея втянулась внутрь, и его нельзя было заметить среди высоких столетних сосен. Передние лапы начали быстро-быстро плести паутину, создавая из ниоткуда тоненькие серебряные нити: каждая из них ползла дальше самостоятельно, словно по волшебству, неуловимо окружая беспечного мальчика плотным кольцом…

«Уходи!!! Убирайся немедленно, Паучий Король тебя сейчас убьет!!!» — хотела закричать Тилли, но из ее рта не вырвалось и звука, а руки и ноги отказывались шевелиться, как будто бы крепко приклеенные к земле.

А паутина потихоньку становилась все гуще и гуще, но мальчик упорно ее не замечал. Возможно, он видел вокруг себя лишь толстые деревья с мрачными изогнутыми ветвями, возможно — длинные ряды кустарников, но точно не паутину, в которую он непременно попадет. Паучий Король тем временем делал шаг за шагом, осторожно приближаясь к будущей жертве: было удивительно, как такое огромное существо может так бесшумно ходить по лесу, не колыхнув ни единый листик на земле и деревьях.

— Тилли! Тилли, где же ты! — продолжал надрываться мальчик, в то время как к нему приближался Паучий Король. Сердце Тилли сжималось от ужаса и безумного желания вскочить и хоть что-нибудь сделать, хоть как-то ему помочь. Неужели этот дурак ничего не видит?!

В самом деле, не видел. Мальчишка замер, раздумывая, куда же ему идти дальше. Когда Паучий Король резко дернул за две нити, плотный кокон из паутины сомкнулся вокруг опешившего мальчишки. Ребенок повис, не понимая, что происходит. Он не успел закричать от страха и неожиданности, когда сквозь черные рукава пальто Короля пробились толстые ядовитые шипы. Когда Король резко сжал этими лапами жертву, а клыкастая многозубая пасть вцепилась в лицо мальчика, чтобы высосать из него все жизненные соки и даже душу, когда кровь брызнула на землю, когда раздался хруст сломанных костей, и ноги мальчика перестали дергаться — вот тогда из горла Тилли вырвался исступленный крик.

* * *

— Ну же… ну! Хватит кричать, пожалуйста! Все хорошо, все в порядке…

Тилли не сразу поняла, что происходит: она лежала, тяжело дыша, ее щеки щипало от слез и свежего лесного воздуха, руки до боли сжали шерстяное одеяло, а рядом с ней сидела златоволосая девочка, которая с тревогой и беспокойством в небесно-голубых глазах смотрела на нее.

— Тебе приснился кошмар, да? — участливо произнесла она, а Тилли продолжала плакать, не зная, что и ответить. Все мысли в ее голове все еще вертелись вокруг сна.

«Так это было не по-настоящему? — думала она. — Мне это приснилось? Приснилось… Но какой же страшный и подробный этот сон! А если это не сон? Что если Паучий Король просто пришел ко мне во сне, а того мальчишку съел по-настоящему? Или… или мне правда просто приснился кошмар? Не может же он, в самом деле, нарушить данное слово! Он же фея, а они… они…»

Пока Тилли дрожала от утреннего холода и увиденного ею сна, девочка поправила на ней одеяло и положила руку на лоб. Внезапный крик заставил Тилли отдернуться и очнуться: рука другой девочки слегка обгорела, и от нее шел легкий дымок.

— Да что же это такое, — произнесла девочка, едва сдерживая слезы боли. — Я-то думала, хоть сейчас получится!

Тилли наконец окончательно проснулась, и узнала в своей собеседнице девочку, которую спасла вчера.

«Кейтилин, — сразу вспомнилось ее имя. — Это она вчера меня задержала. Но почему она здесь сейчас?»

— Ты не дома разве? — грубовато ответила Тилли, подобрав под себя ноги. Ей вовсе не было жаль обожженную руку Кейтилин: после разговора с Паучьим Королем Тилли испытывала искреннюю неприязнь к навязавшейся попутчице.

— Нет, я же сказала, — важно ответила Кейтилин. — Достань, пожалуйста, в моей корзинке мазь от ожогов. Она в лиловой бутылочке, не перепутаешь.

Тилли пожала плечами и заглянула в большую корзинку, которая стояла рядом. Глаза девочки тут же разбежались: чего там только не было! Бутылочки всякие-разные, хлеб, немного сыра, какая-то котомка, завернутая в цветные тряпочки, и… что это, зеркальце?

— Да тут у тебя настоящий клад, — с восхищением произнесла Тилли: восторг от увиденного практически полностью перекрыл воспоминания о плохом сновидении, настолько эти сокровища показались ей прекрасными. А тут их было так много!

— Какой клад, там всего обыкновенные вещи, — Кейтилин, впрочем, неправильно поняла восхищение Тилли, и обиженно нахмурилась. — Давай скорее, больно же!

— А я тебе говорила, не трогай меня, — назидательно произнесла Тилли, доставая какую-то бутылочку. Она не знала, что это за цвет такой, «лиловый», но точно какой-то красивый. Вот и бутылочка тоже такая ничего себе, вполне лиловая. В ней бы Тилли, будь она побогаче, непременно хранила бы пунш: почему-то ей казалось, что это должно быть удивительно вкусно.

Однако Кейтилин почему-то оскорбилась, когда увидела эту бутылочку, даже странно, почему это.

— Ты что, издеваешься! Это же не лиловый!

— А я почем знаю, что у тебя лиловое, а что нет! — обиженно сказала Тилли: она, может, и глупость сделала, однако это вовсе не повод так на нее орать. — И вообще сама доставай, раз умная такая!

Девочка обиженно поджала губы и сама полезла в корзинку, здоровой рукой пихая Тилли в бок. Она немного пошарила среди своих сокровищ, пока Тилли восторженно следила за ней, и достала флакон противного светлого цвета.

«И это и есть лиловый?» — подумала Тилли, внутренне расстраиваясь от осознания этого факта: ей-то казалось, что лиловый должен быть очень красивым…

— Открой, пожалуйста, и намажь мне руку, — попросила Кейтилин сердито.

— Ты что, дура? — удивилась Тилли. — Я ж и так тебе ожоги на полладони оставила, идиотка!

— И то верно, — немного успокоилась Кейтилин. — Тогда просто открой и вылей на здоровую ладонь.

Тилли, немного помедлив, исполнила ее поручение. Она медленно открутила верхушку флакона, дивясь приятному ощущению в руках: вообще-то Тилли приходилось держать в руках стеклянные вещи, но стекло, из которого была сделана эта бутылочка, казалась ей совершенно необыкновенной на ощупь. Волшебной. А от нее еще и запах шел необыкновенный, такой цветочный, как, наверное, пахнут духи у богатых дам…

— Поторопись уже, ну! — сердито воскликнула Кейтилин: она устала держать больную руку на весу.

— Сейчас! Не подгоняй меня, подгоняла, — огрызнулась Тилли, и, наконец, справилась с крышкой флакона.

Вылить содержимое не получилось: жидкость вязко и тягуче опускалась на руку, словно ленилась что-либо делать. Лекарство было приятного рыжего цвета, такое же яркое, как волосы фей, и Тилли могла поклясться, что видит в нем каждый застывший пузырик.

«Вот чудеса, — думала она. — А, говорят, что феи творят настоящее волшебство».

Тут она вспомнила свой сегодняшний сон, и настроение Тилли упало. Она с содроганием думала о несчастном мальчике, так ужасно погибшем в пасти чудовища, проклинала Паучьего Короля, но больше всего ненавидела саму себя.

Ох, сколько всего можно было избежать, если бы она просто прошла тогда мимо.

— Эй, хватит! — донесся до Тилли голос Кейтилин. — А то все лекарство мне потратишь.

Тилли, не думая, перевернула флакончик, и златовласая Кейтилин начала втирать мазь в больную руку. Мгновенного исчезновения ожогов не произошло, но лицо девочки постепенно разглаживалось, и вот она могла вертеть своей рукой точно так же, как и здоровой.

— Вот так, — сказала она, и тотчас же увидела слезы на глазах у задумавшейся Тилли. Почему-то Кейтилин это очень испугало: она тут же стала серьезной и встревожено спросила: — Эй, ты чего плачешь? На меня, что ли, обиделась? Прости, я не нарочно, я не хотела тебя расстроить!

И она протянула руку, чтобы смахнуть с лица Тилли слезы. Та вовремя отклонилась, и сердито подумала: «Ничему жизнь дурака не учит!»

— Дура, что ли, — грубо сказала она. — Сказала же, не трогай. А ты еще и рукой обожженной…

Кейтилин непонимающе смотрела на нее, и Тилли вздохнула: вот уж истину говорят, денег много — мозгов тут же мало.

— Проклятая я, — вяло объяснила она. — Поняла? Потому и руку постоянно обжигаешь. И одежду вчера тоже я спалила.

Тилли ожидала увидеть огорчение на лице Кейтилин, даже представила себе, как это будет выглядеть: вот она непонимающе смотрит на дикую косматую девку со странными глазами, вот до нее постепенно доходит, губа оттопыривается вперед, кулачки сжимаются… Орать, наверное, такая милашка не будет. А вот сказать: «Ах, ну вечно с вами, крестьянками, так», — за этим не постоит, Тилли была в этом абсолютно уверена.

Однако ничего из перечисленного не случилось. Кейтилин внимательно выслушала ее, затем медленно вздохнула и серьезно, даже сочувственно, произнесла:

— Ты из-за этого из дома сбежала, да? Не хотела никому делать больно? О, бедная! Я прекрасно понимаю, о чем ты, ведь я тоже проклята.

Тилли недоверчиво посмотрела на девчонку. Она казалась очень взрослой, и ее взгляд, переполненный мерзким сочувствием и состраданием, выглядел очень честным. Не похоже, чтобы она так зло шутила над Тилли.

Хотя, что она в этом понимает.

«Чокнутая, — подумала Тилли. — А, впрочем, оно и лучше. Я же все равно не хотела ей правду говорить».

— Ага, — согласилась она осторожно. — Потому и сбежала, правда. Тут Кейтилин подпрыгнула на месте, засмеявшись от восторга, и Тилли отшатнулась от нее.

— Как же здорово! — воскликнула Кейтилин, и тут же, словно извиняясь, добавила: — То есть, плохо, конечно, что ты проклята. Не знаю, я не смогла бы так жить, должно быть, это ужасно.

— Ага, — медленно и немного пугливо поддакивала Тилли.

— Но я тоже проклята! И иду в столичный дворец, чтобы развеять ужасное проклятие. Пошли со мной?

Тилли задумалась. Конечно, ей нельзя было видеться ни с каким человеком и тем более просить у него помощи… Но ей нужно было как можно дальше убежать от логова Паучьего Короля, чтобы тот не съел ее родных. Он же сам обиделся на нее за то, что она так недалеко ушла — а что может быть дальше столичного дворца? Только другие страны, но до них Тилли не дойдет, как бы она ни старалась.

И к тому же, как бы мерзко это ни звучало, Тилли в глубине души надеялась, что Паучий Король слопает эту полоумную девчонку.

«Лучше она, чем мама или Жоанна, — подумала девочка, сглатывая склизкую слюну. — Или кто-нибудь с фабрики. Ее хоть не жалко, пусть она мне и помогла».

— Хорошо, — ответила Тилли. — Я пойду с тобой в столичный дворец.

Радости Кейтилин не было предела: она кинулась с объятиями к Тилли, и лишь резкое ворчание второй да боль в обожженной руке напомнили ей о проклятии. Кейтилин широко улыбалась и смотрела на новую подругу с восторгом и благодарностью.

— Спасибо тебе, — проникновенно сказала она. — Честно говоря, я сначала подумала, что ты меня убьешь или ограбишь, но ты оказалась очень хорошей! Только страшная ты немного, — добавила Кейтилин более светским тоном, и Тилли обиделась.

«Да кто бы говорил, кукла», — с неприязнью подумала она.

— Ты поэтому ночью ушла? Это, конечно, очень благородно, но в одиночку мы просто не выживем, ни ты, ни я. Ох, ладно, сейчас стоило бы поесть…

И как только девчонка заговорила о завтраке, Тилли вспомнила, что в ее брюхе не было ни крошки со вчерашнего утра, и его уже сводит от мучительного голода.

— Ты хочешь есть? Смотри, я взяла с собой пирожные, возьми, если хочешь.

Тилли смотрела на девочку, как на сумасшедшую. Она не видела в ее корзинке пирожных, а, если бы увидела… Нет, конечно же, она бы их распознала! Это же пирожные, Жоанна рассказывала ей, что они пахнут как королевский сад! А вид? О, никакие украшения фей, никакие цветы не сравнятся с красотой одного простого, вкусного пирожного!

— Врешь небось, — сказала Тилли. — Покажи!

— Я никогда не вру, — обиделась Кейтилин и залезла в корзинку.

Тилли внимательно наблюдала за каждым ее действием. Вот она достает котомку, обернутую тряпками, вот разворачивает ее…

Под тряпками оказалась длинная коробочка, от которой слышался невероятный запах, раздразнивший чуткий нюх Тилли.

«Неужели и правда не врет? — с замиранием сердца спросила себя девочка. — Но это же невозможно! Они ужасно дорогие, неужели она бы взяла такую вкусность с собой? Нет, быть не может!»

Но тут Кейтилин открыла коробочку, и взору Тилли открылась невероятная картина.

Их было не так уж много, всего-то штук десять. Но как они выглядели! Тилли смотрела на них и не верила, что их можно есть. Ей казалось, что это такие дорогие игрушки — с цветами, раскинувшимися на белом поле, пчелками, узорными травинками и еще чем. И как они пахли! Живот Тилли скрутило от ожидания и красоты: ну разве можно такое есть?

— Они только побились немного, — извиняясь, произнесла Кейтилин. — Раньше были красивее…

— Можно я одно возьму? Правда можно? — спросила Тилли и не узнала своего голоса: таким он был очарованным и хрипловатым.

Конечно, можно! — сказала Кейтилин, протягивая коробку. — Но только одно, ведь нам еще очень долго идти.

Не веря своим глазам (и ушам, и носу, и еще черт знает чему), Тилли осторожно коснулась одной из вкусностей и подивилась тому, какие же у нее грязные руки. Она вообще их мыла только тогда, когда купалась целиком, но даже тогда черная пыль от пустых пород не смывалась окончательно. Она стала частью самой Тилли, как у иных конопушки или прыщи. Девочка навсегда смирилась с тем, что теперь ее руки навсегда останутся грязными.

Но теперь она стояла над коробкой с долгожданными сладостями и думала о том, что она не должна ими касаться такой красоты.

— Ну что ты стоишь, бери!

Тилли вопросительно посмотрела на Кейтилин, затем прерывисто вздохнула, взяла двумя пальцами корзиночку из теста и запихнула целиком себе в рот.

Разумеется, в ту же секунду она подавилась, и Кейтилин постучала ей по спине, называя неряхой и советуя откусывать по чуть-чуть, но Тилли было наплевать. Она всхлипывала, жевала через силу и вновь была готова расплакаться: пирожное оказалось ровно таким же вкусным, как она ожидала. Такое сладкое, сочное… абсолютно невероятное. Ничего подобного Тилли и припомнить не могла: даже мед, который они с Жоанной тайком воровали в далеком детстве, не мог сравниться по сладости с этим лакомством. Да что там мед — даже молочные сливки, остававшиеся на гигантских половниках фабрики, и то были менее вкусными! А ведь Тилли дралась за эти сливки: таскала за косы, била прямо в лица, приходила с самого утра и быстро-быстро, пока никто не отнял, облизывала выброшенный расточительной поварихой половник. Ух, как это было вкусно!

Но не сравнить, конечно, с пирожным.

— Ты что руками грязными ешь! Заболеешь же! Ты никогда их не мыла?

И казавшаяся почти богиней доброты Кейтилин в один миг потеряла все свое очарование в глазах растроганной Тилли, и тут же она начала казаться ей самой невыносимой и раздражающей дрянью на свете.

— Как хочу, так и ем, — грубо сказала Тилли и прибавила бранное слово. Лицо Кейтилин тут же скривилось, и девочка нашла это удивительно забавным, так что она продолжила: — Зачем тогда предлагала, раз видела, что руки грязные?

— Но я думала, ты их помоешь, — растерянно произнесла Кейтилин, а затем словно очнулась и гордо произнесла: — И вообще я не видела!

Тилли метнула в нее злой и пронзительный взгляд. Кажется, помогло: спеси у этой златоволосой красавицы поубавилось, и она уже не раздражала Тилли своими глупостями.

«Ничего, вот съест тебя Паучий Король, будешь знать», — рассерженно подумала Тилли, стараясь надолго запомнить ощущение невероятной сладости во рту: все-таки пирожное было умопомрачительно вкусным.

«Я ее ненавижу», — торжественно решила девочка и вздрогнула: трава под ногами, ветви деревьев, крупинки земли — каждая соринка и былинка взорвалась злым, торжествующим смехом. Казалось, все сущее теперь смеется над Тилли, потешается над ее глупыми, наивными детскими мыслями и не дает забыть, что она обречена.

* * *

Разумеется, Кейтилин ничего такого не слышала.

Оставляя комментарии на сайте «Мира фантастики», я подтверждаю, что согласен с пользовательским соглашением Сайта.

Читайте также

Статьи

Что почитать из фантастики? Книжные новинки марта 2021 12
0
3550
Что почитать из фантастики? Книжные новинки марта 2021

Сергей Лукьяненко, Гай Гэвриел Кей, Кристофер Руоккио, Нора Робертс и комикс от Виктории Шваб.

Пётр Бормор «Командная работа»
0
18320
Пётр Бормор «Командная работа»

«Сегодня всё должно быть на уровне. Без скандалов».

Читаем книгу «Кукольная королева» Евгении Сафоновой — тёмную сказку о взрослении и принятии утрат 1
0
43078
Читаем книгу «Кукольная королева» Евгении Сафоновой — тёмную сказку о взрослении и принятии утрат

В отрывке описывается загадочное Зазеркалье, иное измерение, где антагонист встречает старую знакомую и беседует с ней о судьбе главной героини, Тариши Бьорк.

Евгения Сафонова «Кукольная королева»
0
54936
Евгения Сафонова «Кукольная королева»

Тёмная сказка о взрослении и принятии утрат.

Амулет, мир тибетских духов и город ведьм: три фантастических комикса “МИФ” 2
0
57256
Амулет, мир тибетских духов и город ведьм: три фантастических комикса «МИФ»

Читателей ждёт магическое приключение Хранителя амулета, нетривиальная философская притча и сокровище для ценителей детализированных рисунков.

Невероятный полет фантазии. Тим Пауэрс и его книги. 2
0
66874
Невероятный полет фантазии: Тим Пауэрс и его книги

Визитной карточкой книг Пауэрса стали цитаты, аллюзии и отсылки, которыми изобилуют его произведения, давая внимательному читателю шанс заранее начать строить догадки о финале.

Мария Покусаева «Дурная собака»
0
257144
Мария Покусаева «Дурная собака»

Не зря старые предания гласят, что Фенрир предвещает большие перемены.

Во что поиграть в ожидании Diablo: старые «диаблоиды» 11
0
151714
Во что поиграть в ожидании Diablo: новые «диаблоиды»

Копаемся в «Вархаммере», «Майнкрафте», игре от авторов Titan Quest, а также изучаем «тёмную лошадку».

Спецпроекты

Top.Mail.Ru

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: