«Игра престолов»: эпизод 8.01 «Винтерфелл» закольцовывает сюжет

Первый эпизод заключительного, восьмого, сезона «Игры престолов» не стал неожиданным в плане сюжета. Здесь нет никаких сюрпризов, и вовсе не потому, что отдельные личности весьма подробно и, как выяснилось, достоверно пересказали содержание серии ещё несколько недель назад. «Винтерфелл» напоминает затишье перед бурей.Создателям требуется время, чтобы окончательно расставить все фигуры на доске перед началом финальных ходов шахматной партии. Ждать эндшпиля осталось уже недолго, судя по динамике событий. Та самая битва за Винтерфелл, о которой столько говорили перед премьерой сезона, начнётся уже в конце второго эпизода и полностью займёт третий, снятый Мигелем Сапочником.В то же время «Винтерфелл» подводит некоторые итоги всего сериала и зацикливает историю. Недаром его начало почти в точности зеркалит начало пилотного эпизода.

Мы снова в родовом владении Старков и наблюдаем за прибытием в Винтерфелл королевской особы, только в прошлый раз это был Роберт с огромной свитой. На этот раз Дейенерис привела на север целую армию, необходимую для защиты земель живых от угрозы из-за Стены.В прошлый раз мы смотрели на происходящее глазами Арьи, маленькой девочки-сорванца. Сейчас повзрослевшая и много пережившая Арья стоит вместе со всеми в толпе, а мы наблюдаем за процессией глазами маленького мальчика-простолюдина, для которого прибытие Безупречных и драконов — явно главное событие в его недолгой пока жизни (и останется таковым ещё как минимум одну серию, до визита в Винтерфелл Короля Ночи).Вернув персонажей в знакомые им с детства декорации, создатели напомнили нам, как сильно изменились герои и какой путь им пришлось пройти. Сценарист Дэйв Хилл начинает беспардонно играть на зрительских эмоциях, показывая то пролёт драконов над Винтерфеллом, то встречу Арьи с Джоном, то встречу Брана с Джейме.Подобный эмоциональный накал невозможен без достоверной актёрской игры — и почти все актёры сериала дают ровно те эмоции, которых от них и ждёшь. Сэм плачет, узнав о судьбе отца и брата, Дейенерис глядит на Джона влюблёнными глазами и довольно ухмыляется, когда хмурые северяне пугаются появления драконов, Бран... Бран ведёт себя как Бран. И даже вечно невозмутимый Джон Сноу даёт трещину и показывает охвативший его восторг, когда Дени зовёт его «прокатиться» на драконах.

Увы, буквально в следующей же сцене Джон с «покерфейсом» выслушивает откровение Сэма, что Джон на самом деле законный наследник Железного трона Эйегон Таргариен, шестой этого имени. Человек, всю жизнь считавший себя бастардом, узнает, что на самом деле он законный король Вестероса, но первым делом злится из-за того, что это откровение означает. А означает оно, что Нед Старк, человек, которого Джон всю жизнь считал родным отцом и эталоном чести и мужества, лгал ему всю жизнь. Возможно, мы узнали бы что-то ещё, если б создатели сериала пожелали раскрыть эту ситуацию пошире. Однако одну из самых важных и определяющих в рамках всего сериала сцен в итоге упихнули в минуту экранного времени, отчего откровение Сэма сильно проигрывает на контрасте двум соседним сценам.В подобном отсутствии подробных объяснений и достоверных реакций персонажей следует винить не актёров, а сценариста «Винтерфелла» Хилла. В интервью Entertainment Weekly он признался, что стремился предельно сократить сцены эмоциональных встреч и откровений персонажей — с одной стороны, для экономии времени, а с другой — чтобы не дать зрителям заскучать от растянутых пересказов того, что они и так уже знают. Может, повествование в итоге и прибавило в динамичности, но от той же встречи Джона и Арьи впервые с первого сезона ждёшь чего-то поболее обнимашек и обмена парой лаконичных остроумных фраз.

К юмору и диалогам как раз меньше всего претензий. Все беседы получились живыми и динамичными, а персонажи, несмотря на нависшую над Семью королевствами смертельную опасность, сыплют удачными шуточками. Особо старается Эурон Грейджой: его объяснение того, куда делась часть Золотых Мечей по пути в Королевскую гавань, достойно аплодисментов.

— Несколько моих людей умерло во время плавания.
— Они мухлевали в кости. А может, я мухлевал. Кто-то мухлевал, в общем. Они были плохими бойцами, вы не будете жалеть об их смертях.
Гарри Стрикленд и Эурон Грейджой