Филип Пулман «Тайное содружество»: герои «Тёмных начал» выросли

Опытные читатели привыкли, что знаменитые литераторы с течением времени часто исписываются, принимаясь штамповать однообразные самоцитирования. Однако «Тайное содружество» Филипа Пулмана на голову превосходит предшествующую ему «Прекрасную дикарку». Автор не только избавился от недостатков вроде затянутости, пристрастности и психологической недостоверности, но и придумал куда больше колоритных персонажей и интригующих тайн. При этом сохранился специфический «пулмановский» уют, сопровождающий читателя даже в самых трагических эпизодах.Другая неотъемлемая черта книг Пулмана — интеллектуальная ценность: в них неизменно поднимаются непростые вопросы. На третьем десятке лет Лиру накрыл экзистенциальный кризис. Начитавшись модного у местной учёной молодёжи философа Готфрида Бранде и ему подобных, она пытается принять доктрину сугубо рационального мира, построенного исключительно на здравом смысле и трезвом расчёте, — и сама ужасается тому, какая же мёртвая, механическая вселенная предстаёт её взору. В ней нет места приключениям в других мирах и Пыли, ведьмам и деймонам, эмоциям и воображению — всему, на чём прежде держалась жизнь девушки и во что она безоговорочно верила. Так насколько же подобный материализм соответствует реальности? И вообще, эта реальность — она одна?..Как уже понятно, книга грозит стать самой серьёзной и взрослой из всех историй о Лире. Что ещё стало серьёзнее и правдоподобнее, так это отношение к героине Малкольма Полстеда, протагониста «Прекрасной дикарки». Теперь, когда разница в десяток лет не так бросается в глаза, он испытывает к некогда спасённой подопечной не совсем рыцарскую любовь. Особенно приятно, что в стремлении показать взросление Лиры как женщины Пулман не перегибает палку, ударяясь в пошлость или романтическую «карамель», а ограничивается тонкими деталями. Стыдливость Малкольма по этому поводу и вовсе вызывает умиление. Обидно только, что, согласно «принципу Лиры», она априори считается важнее и достойнее всех окружающих сверстниц: например, на мельком упомянутую несчастную Полину, тайно влюблённую в Малкольма молоденькую кухарку, всем — включая автора, Лиру и объект воздыхания — глубоко наплевать. Жаль девчонку, не в ту книгу попала! Место занято!Впрочем, Лира проявляет немало усилий, чтобы заслужить читательское внимание: её храбрость и решительность (а не безрассудство и наивность, как прежде) поистине восхищают. Да, она плачет и боится, — но тут же берёт себя в руки и идёт дальше, несмотря на все препятствия и сложности. А тех и других предостаточно, причём отличаются они редким разнообразием и изощрённостью.

Пантелеймон сердито посмотрел на неё и спрыгнул на стол. Лира попятилась. Иногда поневоле вспомнишь, какие у него острые зубы...
— И что ты сделаешь? — воскликнула она. — Будешь кусаться, пока я не приму твою точку зрения?

Так о чём же «Тайное содружество»? Об умиротворённой жизни в Оксфорде и трудностях взросления? О мистическом Востоке и малоизвестной северной Московии? О шпионских интригах? А может, о фундаментальных вопросах бытия? Однозначного ответа нет — сила романа именно в его многообразии. Смешивая всё перечисленное в нужных пропорциях, Пулман создаёт аутентичный, ни с чем не сравнимый мир, который не хочется покидать, перевернув последнюю страницу.