Генри Лайон Олди «Нюансеры»: мистический ретро-детектив о том, что весь мир — театр

Жанр: магический реализмХудожники: Е. Деко, А. СемякинИздательства: «Азбука», «Азбука-Аттикус», 2019Серия: «Азбука-Фэнтези»Похоже на: Борис Акунин*, цикл об Эрасте Фандорине • Леонид Юзефович, цикл «Приключения сыщика Путилина»Конечно, мистический элемент оказываются сюжетообразующим, но атмосфера, описания, диалоги создают впечатление, будто мы открыли модный ретро-детектив, а не роман Олди. Даже по стилю авторов сложно опознать: вместо стиля тут стилизация, с лексикой столетней давности и даже вставками письменных документов в старой орфографии. Разве что общий ритм, организация текста по главам и абзацам, — типичный, узнаваемый для давних поклонников писательского дуэта.

Дородная старуха в древнем салопе бордового сукна с меховым подбивом уставилась на него из-под кустистых бровей. На миг почудилось: за спиной старухи отирается мёртвый кассир, выглядывает из-за плеча. Миша отшатнулся, чуть снова не упал, взмахнул руками, ловя равновесие, а когда взглянул на старуху, кассира за её спиной уже не было. Да и сама карга претерпела разительные изменения. Сухонькая, сморщенная, закутанная в ветхий бурнус, старуха опиралась на узловатую клюку, зыркая на Клёста чёрным птичьим глазом. Яга, баба Яга, куда и осанистость делась, и салоп...
— Не гляди на меня, ирод! Ишь, уставился!

«Нюансеры» втягивают в себя постепенно, исподволь. Слово, ставшее названием романа, появится только в середине книги, объяснение того, как работает здешняя любопытная магия, — еще позже.До этого нас понемногу знакомят с главными героями. Богатый фабрикант Константин Сергеевич Алексеев приезжает в город Х за невесть откуда взявшимся наследством, пытается понять смысл загадочных событий, клубящихся вокруг него, и принять решение относительно собственного будущего: оставлять ли ему любительскую театральную сцену или все же не стоит зарывать в землю очевидный талант даже ради семьи и дела? Бандит Миша Клёст, «гастролёр» из Санкт-Петербурга, собирает компанию харьковских налетчиков для ограбления банка — и уходит с места преступления, изменив внешность, прихватив с собой саквояж с огромной суммой денег и оставив за спиной труп молодого кассира.

Колоритные диалоги (в сюжетной линии Миши Клеста — еще и насыщенные «феней» харьковских бандитов), обилие бытовых деталей — все это составляет настолько плотную и уютную картинку другого времени, что эту историю не хочется покидать. Кстати, если авторы и идеализируют ту эпоху, то разве что самую малость — пресловутый «хруст французской булки» их явно не очаровывает. А вот родной город и его историю они определенно любят.

Могут ли Олди написать книгу за два месяца? Могут. Что для этого надо? Надо десять лет назад (нет, больше!) расписать подробный план на две трети будущей книги, отдельно расписать финал — и отложить это дело под сукно, потому что чего-то не хватает, а чего, неясно. Надо раз в год доставать планы из-под сукна, что-то дописывать, уточнять — и вновь прятать, потому что нет ясного виденья, как строить дом. А потом вдруг звезды выстраиваются нужным образом — и возникают единственно возможные декорации, время действия отлетает назад на сто двадцать лет, герой переодевается в другой костюм, в его лице вдруг проявляются удивительно знакомые черты…
—Г. Л. Олди

Практически с первых страниц задается одна из главных тем романа — и одна из любимых у Олди. Оба автора — выходцы из театральной среды, и тема театра, мотивы сцены, занавеса, зрительного зала часто повторяются в их творчестве.

И вот теперь появляются нюансеры: своеобразные маги, умеющие влиять на реальность путем выстраивания мизансцен, смысл которых непосвященному непонятен. Невозможно объяснить, почему передвигание столика, раскладывание газет на подоконнике или легкий перекос висящей на гвозде картины меняет мир — создает нужное настроение, заставляет людей принимать определенные решения, вызывает зримые картины прошлого и помогает точно предсказывать будущее. Но людям, что занимаются выстраиванием мизансцен профессионально — людям театра, к которым относятся и авторы, и главный герой, — очень хорошо известно, как вызвать у зрителей нужные ощущения, манипулируя декорациями и светом.И вот тут самое время вооружиться Гуглом Всемогущим, который поможет вам узнать (или вспомнить), кто такой Константин Сергеевич Алексеев. Из всех параллелей с реальной историей, которыми начинен роман, эта, пожалуй, самая впечатляющая.

В их версии у этого театра даже есть режиссеры — те самые «нюансеры». И вся реальность — только сцена, в то время как самое интересное происходит за кулисами. Не самая свежая идея (в конце концов, на ней строится вся криптоистория и городское фэнтези), но весьма эффектно поданная. Несмотря на несложный сюжет, который примерно с середины книги превращается в прямые рельсы вплоть до финала, «Нюансеры» предоставляют немало пищи для размышлений — и вот в этом для давних поклонников Олди нет ничего неожиданного.