«Полуночные откровения» — психоделический трип создателя «Времени приключений»

От нового проекта Пендлтона Уорда, создателя «Времени приключений», ожидали примерно тех же впечатлений, что дарил его знаменитый сериал, только приперченных взрослым рейтингом. Отчасти так и получилось. «Откровения», как и «Время приключений», сочетает очаровательное с отвратительным — в этом случае со сверхфактурным насилием.Стилистически же «Откровения» похожи на работы японских контркультурщиков, в частности Нэкодзиру, известной российскому зрителю по мультфильму «Кошачий суп». Правда, рисунок Пендлтона Уорда намного пластичнее, несдержаннее: он свободно трансформируется каждую секунду, действие почти никогда не прекращается. Это делает «Откровения» почти гипнотическим зрелищем — похоже, не случайно в первой серии речь заходит о галлюциногенах. Сериал производит впечатление именно что наркотического трансцендентного опыта — в хорошем смысле.

Этот абсолютно свободный и раскованный рисунок удивительным образом диссонирует с диалогами — не с сюжетом, а именно с ними. Вообще идея «Полуночных откровений» возникла во время подкаста, и это очень ощутимо. Дело даже не только в том, что сам Клэнси ведёт подкаст, — его собеседники, за редким исключением, никогда не беседуют о том, что с ними происходит непосредственно сейчас. Они болтают обо всем на свете: о наркотиках, о смерти, о времени, о чувстве эго. А в это время на экране разворачивается действие, совершенно независимое от содержания их беседы. Изредка герои комментируют происходящее, но это мимолётные отступления от разговора, что-то вроде технических помех.Привыкнуть к такому рассинхрону получается не сразу — порой даже кажется, что у серий нет сюжета в традиционном понимании. С героями просто происходит нечто непонятное, а потом Клэнси возвращается домой с сувенирами на память о погибшей планете. Но потом в сериале вырисовывается... не то чтобы цельный сюжет — скорее, развитие идеи. Сначала нам дают понять, что герой бежит, затем проясняется, куда и от чего, а в конце наступает важное для него примирение с внутренней болью.Вероятно, «Полуночные откровения» не настолько революционны по своему содержанию, как пытаются показать. В сущности, это довольно простая и прямо проговаривающая основные посылы история. Но форма, с помощью которой «Откровения» транслируют свои идеи, делает сериал несколько глубже. Сюжеты, возникающие параллельно с беседой героев и передаваемые только через визуальные образы, намного интереснее самого трёпа Клэнси и его случайных собеседников. «Откровения» захватывают именно этими мелкими подсюжетами — непредсказуемыми, яркими и лишёнными назидательности. И в этом отношении сериалу как раз помогает «гипнотичность» анимации: от неё буквально не оторваться. Маленькие секундные гэги превращаются в эпическую трагедию — и тут же исчезают, уступая место другим историям.