Майк Маршалл «Мы здесь»

Сложно писать о романе, основная интрига которого раскрыта в аннотации к русскому изданию. Впрочем, авторы аннотации не до конца поняли мистическую подоплёку истории. Действительно, загадочные преследователи, которых очень трудно заметить, но при некотором усилии и стечении обстоятельств можно ощутить, — это не люди, или, во всяком случае, не реальные люди. Это главное, что о них следует знать, всё остальное будет уже слишком серьёзным спойлером.До того, как тайна этих существ начнёт понемногу раскрываться, придётся прочесть больше половины достаточно толстой книги, теряясь в попытках понять, что же тут всё-таки происходит. Автор никуда не торопится, добавляя мистические элементы буквально по крупице: странные ощущения героев, загадочные люди-невидимки в чёрных одеяниях, главы-монологи существ, называющих себя Странниками, Наконечниками, Ангелами или же просто «друзьями»… Не все «друзья» одинаково полезны — среди них есть и злодеи, один из которых, запредельно жестокий и циничный Райнхарт, достоин встать вровень с лучшими антагонистами современного фэнтези.Мистика по капле просачивается в плотную реалистичную ткань романа — автор насыщает её бытовыми деталями, географическими подробностями (за «нью-йоркскими» главами можно следить по карте города), экскурсами в прошлое главных и второстепенных героев, а также расцвечивает живым языком, отлично переданным в переводе. Странное и необъяснимое в книге до поры до времени можно увидеть только боковым зрением — как и самих «друзей». Чтобы эта неторопливость в раскрытии интриги не раздражала, её стоит принять как одно из правил игры — тогда можно проникнуться атмосферой «удивительного рядом». Похожего эффекта добивается Стивен Кинг с его живыми, насыщенными «бытовухой» рассказами: проникнувшись доверием к реалистичному тексту, читатель куда охотнее верит в сверхъестественное. Кстати, цитата Кинга приведена на задней обложке книги — и не случайно: они с Маршаллом если и не едут в одном поезде, то, во всяком случае, следуют по параллельным рельсам.

Флэшбеки, рассказывающие о прошлом героев, важны ещё и потому, что они делают более понятной их связь с «друзьями». Дэвид, внезапно превратившийся из тихого неудачника в состоявшегося писателя, чувствует себя неуютно из-за перемены статуса — и «друг» Медж будто бы пользуется этой неуверенностью как приманкой. А барменша Кристина, подруга Джона, начинает воочию видеть Ангелов и общаться с ними, когда собственная жизнь начинает казаться ей нереальной, ненастоящей, несбывшейся. Оказывается, грань между людьми и «друзьями» достаточно тонка — пока мы грезим о несбыточном, они мечтают стать реальными и ощутить мир на вкус.К последней трети романа, однако, на размышления о потерянных годах времени уже не остаётся: обе сюжетные линии стягиваются воедино и несутся к развязке со скоростью машин на автостраде. Финал романа оптимистичным не назовёшь, но, по крайней мере, со своими собственными жизнями обе пары главных героев (Джон и Кристина, а также Дэвид и его жена Доун) если и не разобрались, то намерены это сделать в ближайшем будущем. Что до линии «друзей», то она явно напрашивается на продолжение — и, возможно, автор ещё сочинит пару-тройку историй о взаимоотношениях реальности и фантазий.Кое-что этот неторопливый триллер (как ни парадоксально это словосочетание) наверняка успеет сотворить с впечатлительными читателями: убедит их в том, что если им раз за разом мерещится какая-то тень у дома — то, скорее всего, она им не мерещится…