Томас Лиготти «Песни мертвого сновидца. Тератограф»

Два классических сборника рассказов от мастера ужасов теперь изданы и на русском, под одной обложкой. Несколько десятков произведений — от простых до очень сложных. Множество вариантов страха, жути, липкой гадости и дряни. Самые кровавые кошмары, встречающиеся на страницах разных хорроров, меркнут рядом с ужасом от необходимости быть живым, о чём в основном и пишет Томас Лиготти.

Томас Лиготти «Песни мертвого сновидца. Тератограф» 1

Thomas Ligotti
Songs of a Dead Dreamer. Grimscribe
Авторский сборник
Жанр: философский хоррор
Выход оригинала: 1989, 1991
Переводчики: Н. Кудрявцев, В. Женевский, Г. Шокин
Издательство: АСТ, 2018
Серия: «Мастера ужасов»
640 стр., 2500 экз.
Похоже на:
Николай Гоголь «Страшная месть»
рассказы Эдгара Аллана По

Для первой большой публикации Томаса Лиготти на русском выбран вариант беспроигрышный — сборник рассказов (фактически два), получивших немало премий и дающих почти исчерпывающее представление об авторе. Один из сборников органично продолжает другой, написаны они примерно на одном (высоком) уровне и говорят примерно об одном и том же.

О том, как страшно жить. О том, что самый ужасный монстр вовсе не Ктулху, не вампир и не бабайка, а сумасшествие и смерть. При этом сеттинг многих рассказов довольно традиционен для хоррора, типичных сюжетных ходов и героев в них немало, но самым страшным созданием в любом заброшенном доме с привидениями оказывается человек — и страшен он в первую очередь самому себе. Перед нами проходят истории людей, с которыми произошло нечто ужасное, причём автор почти никогда не раскрывает, что же конкретно случилось, замешано ли здесь чудовище, злобное колдовство или обошлось игрой разума. Вот только эта игра разума раз за разом оказывается хуже самого жуткого монстра, которого только можно себе представить. Пришёл ли за писательницей её знаменитый герой или просто пожилая дама выпила лишнего? У юноши украли жизнь или это старик вспоминает былое? На самом деле разница куда менее существенна, чем кажется.

Книгу лучше всего читать по порядку: рассказы внутри каждого из сборников выстроены от самого простого к самому сложному. Но вот читать её подряд вряд ли получится, слишком уж это тягостно Лучше знакомиться с ней медленно, делая между рассказами перерывы. Это высококлассные тексты (причём отлично переведённые), это красивые тексты, это страшные тексты — но развлекательными их назвать никак нельзя. Это скорее размышления автора о том, какие кошмары могут скрываться в привычной нам реальности, какие демоны живут в каждом из нас и насколько всё это на самом деле близко.

Томаса Лиготти часто сравнивают с Лавкрафтом, но как писатель и как стилист он выше Лавкрафта

В англоязычной прессе Томаса Лиготти часто сравнивают с Лавкрафтом, но как писатель и как стилист он всё-таки выше Лавкрафта. Сходство скорее в том, что Лиготти может подписаться под многими словами предшественника. «Мозг простого смертного вряд ли будет способен вынести изрыгаемые из тайников жизни бесконечные запасы дотоле неведомых ужасов» — эта фраза принадлежит Лавкрафту, но могла бы принадлежать и Лиготти. Сам же автор утверждает, что на его творчество сильно повлияли Набоков, Гоголь и такие малоизвестные в англоязычном мире авторы, как Брюсов, Бальмонт, Сологуб и Леонид Андреев. Лиготти также признаётся, что с юности страдает депрессиями, тревожным расстройством, паническими атаками и ангедонией, то есть клинической неспособностью получать радость от жизни. И все эти диагнозы определённо нашли отражение в сборнике. Нет, рассказы не вызывают желания повеситься, но вот желание поразмыслить о свинцовых мерзостях жизни — ещё как.

Итог: будь Лиготти менее талантлив, постоянные повторы и перепевы одной и той же темы показались бы утомительными. Так же они кажутся просто гнетущими и местами неприятными, но при этом по-настоящему завораживают.

Сертифицированный классик

Британское издательство Penguin Books уже семьдесят с лишним лет выпускает серию Penguin Classics. Туда попадают только авторы, сделавшие серьёзный вклад в формирование так называемого «западного канона» — корпуса художественных произведений, оказавших серьёзное влияние на европейскую культуру: Аристотель, Диккенс, Достоевский, Кэрролл и так далее.

Конечно, издавали в этой серии и ужасы — «Дракулу», например, или рассказы Эдгара По. Но Томас Лиготти стал единственным автором хоррора, которого включили в эту серию — и в литературный канон западной цивилизации — ещё при жизни.

Плачущие демоны, навеки проклятые души, вышли из тумана и забрали его тело. Теперь он с ними. Но я схоронила для себя лучшую часть: все его прекрасные воспоминания, все те замечательные времена — дети, подарки, цвета тех ночей! Как ни крути, теперь они мои. Расскажи нам о прошлых годах, старина Джек, о годах, что я сейчас забираю у тебя, годах, с которыми теперь могу играть, как мне вздумается, словно с детскими игрушками. Как же здорово, как прекрасно поселиться в мире, где всегда стоит мертвецкая ночь, живая от света, от гирлянд и огоньков! И где всегда, во веки веков, будет канун Рождества.
Рассказ «Сочельники тётушки Элиз»

Рассказ из сборника

Рассказ: Томас Лиготти «Лунная соната»

Рассказ: Томас Лиготти «Лунная соната»

Впервые на русском. Рассказ одного из виднейших мастеров современного хоррора, пишущего ужасы на грани «высокой литературы».

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Томас Лиготти «Песни мертвого сновидца. Тератограф»
удачно
  • атмосфера
  • интертекстуальность
  • стиль
неудачно
  • несколько невзрачных рассказов
8хорошо

А ещё у нас есть