Нейросеть и Сергей Лукьяненко написали рассказ в стиле Гоголя

Писатель-фантаст Сергей Лукьяненко («Дозоры», «Геном», «Пограничье») объединил усилия с нейросетью, которую разработал «Яндекс», чтобы сочинить рассказ в стиле Гоголя. Или, если точнее, его цикла мистических сказок «Вечера на хуторе близ Диканьки».Изначально Лукьяненко разработал базовую историю, основанную на украинском фольклоре, а также придумал героев будущего произведения. Уже с этими исходниками начала работу нейросеть, которую заранее ознакомили с русской прозой и произведениями Николая Васильевича. Выполнив работу, нейросеть выдала текст с новыми сюжетными ходами и деталями.

Пожалуй, по итогу работы у меня две новости, одна хорошая, а другая плохая. Хорошая — это та, что нейросети необходим человек, писатель, который придумает сюжет, исходную историю (в данном случае — историю, выдержанную в духе бессмертных «Вечеров на хуторе близ Диканьки»).
Плохая новость — что у нас порой выходят книги, написанные хуже, чем история из-под пера нейросети «Яндекса».
Сергей Лукьяненко

Дурной договор

Жил в селе пекарь: возле церкви, близ церкви Иоанна-Галеевского (она была большая, церковь). Церковь деревянная, почерневшая, убранная зеленым мохом, с тремя конусообразными куполами, уныло стояла почти на краю села. Заметно было, что за время обмелели или, лучше сказать, совсем потухали последние ее свечи. свечи теплились пред темными образами. Свет от них освещал только иконостас и слегка середину церкви. Отдаленные углы притвора были закутаны мраком.Харитон приходил в церковь и становился обыкновенно около дверей. Многие из них были заперты, прочие двери с замками и малеваниями поминутно открывались и показывали, что там никого нет. С другой стороны двери в двери глядели несколько бесцветных взглядов света, как будто бы в них не было огня.Он вспоминал о красавице жене своей, хорошенькой, и к ней, казалось, уже чересчур привыкнуть нельзя. Ах, как было бы хорошо провести эту ночь вместе с нею. Но увы! Увы, покамест, вместо сего, грезит мысль о ней, как будто об одной только внезапной, временной помощи, и тайная тихая грусть подступает к нему. «Экая судьба!» — подумал про себя Харитон и, пришедши к себе в комнату одеться и лег в постель. Долго боролся он с бессонницею, наконец, пересилил ее. Опять какой-то сон, какой-то пошлый, гадкой сон. Боже, умилосердись: хотя на минуту, хотя на одну минуту покажи ее! Мою милую супругу, которую я еще недавно держал в своих объятьях. Но занемогла она родами дочери, и нет больше моей милой, без которой, может быть, и не будет никогда ничего. Сердце мое только так и ломается от горя.Рассказ целиком можно прочитать на странице «Кинопоиска».