Книги Стругацких — крепкий орешек для киноделов. Обилие смыслов, огромный нравственный заряд, сюжетная и образная многоплановость — всё это приводит к тому, что произведения АБС* воплощаются на экране крайне редко. И всё же прецеденты есть — в диапазоне от буквального переноса книг на экран до полного их переосмысления.

История экранизаций Стругацких — в первую очередь история несостоявшихся возможностей. К авторам поступали сотни предложений, десятки раз выкупались права и писались сценарии, но до экрана доходили считанные единицы. Надо заметить, что к кинематографу Стругацкие относились достаточно прагматично и даже с известной долей цинизма. Будучи убеждёнными адептами Книги, они, вероятно, полагали сам жанр кино необратимо ущербным. Без высокомерия, впрочем. Сценарии к своим книгам братья писали охотно, но воспринимали это скорее как подёнщину, чем как серьёзную творческую работу.

Есть два высказывания, достаточно полно описывающие их отношение к экранизациям. Оба они принадлежат Борису Натановичу, но явно выражают общее мнение братьев.

Первое. «В кино хозяин — режиссёр. Автор не может и не должен спорить с ним. Либо слушайся и помогай, либо отойди и не мешай работать». Пресловутые девять вариантов сценария «Сталкера», переписанные в угоду Тарковскому, — явное подтверждение того, что это не пустые слова.

Второе. «Хорошо экранизировать можно только плохую книгу». Это значит, что фильм имеет шанс стать шедевром только в том случае, если отойдёт максимально далеко от исходного текста. То есть фактически перестанет быть экранизацией и станет самостоятельным произведением. Видимо, такова неизбежная особенность «конвертации» форматов. Любая буквальная экранизация обречена быть хуже книги — или, во всяком случае, скучнее.

Последнее логично и объяснимо. Инструментарий кинематографа несравненно более груб, конкретен и неуклюж (хотя и более мощен), чем инструментарий текста. В кино гораздо проще показать крушение империи, чем трагедию отдельного человека, а вдребезги сломанную судьбу — проще, чем тонкую и острую эмоцию. Заставить зрителя расчувствоваться легче смертью персонажа, чем тихим разговором.

Собственно, и экранизации АБС можно легко разделить на две группы. Первая — авторское кино, где режиссёр лишь отталкивался от текста, использовал какие-то его элементы для воплощения собственных мыслей и идей. Таков всем известный «Сталкер» Тарковского, таковы «Гадкие лебеди» Лопушанского и «Дни затмения» Сокурова.

Вторая группа — попытки перенести книгу на экран максимально близко к тексту, создание киноиллюстрации. Вторичность таких работ по отношению к книге несомненна, однако и они могут быть интересны даже зрителям, не читавшим исходник, если режиссёру удалось перенести на экран события книги без потерь и логических купюр. Таковы «Отель «У погибшего альпиниста» или «Обитаемый остров» Бондарчука.

Начало

Семейные дела Гаюровых»

В фильме «Семейные дела Гаюровых» фантастики не было ни на грош — сплошной победивший соцреализм

Первый успешный «роман» с кино состоялся у Аркадия Натановича в одиночку. Точнее — с другим соавтором. В 1974 году он отправился в командировку в Душанбе. Это было время, когда Стругацкие были в «чёрном списке» и приходилось искать заработки на стороне. Задача была — сделать сценарий фильма об успешном врастании отсталых таджикских племён в новую жизнь при советской власти. Работа исключительно заказная. Вместе с именитым таджикским писателем Фатехом Ниязи АН написал сценарий многосерийного телефильма «Семейные дела Гаюровых». Он вышел год спустя в совершенно неузнаваемом виде — от АН осталась разве что строчка в титрах. Однако именно эту подёнщину приходится считать дебютом. Все предыдущие попытки взаимодействия с миром кино оканчивались провалом. А было их немало.

Первым сценарием, написанным АБС, стала адаптация «Страны багровых туч», сделанная ещё в 1960 году. Тогда в секции научно-популярных фильмов студии «Мосфильм» возник проект по созданию целого ряда фантастических фильмов. Для поиска возможных источников чиновники взяли редакционный портфель «Детгиза», и в их поле зрения попала как раз подготовленная к печати «Страна багровых туч». После полутора лет обсуждений дело сдвинулось с мёртвой точки. Режиссёром был выбран Василий Журавлёв (снявший в 1935 году знаменитую ленту «Космический рейс»). Проблема была только в том, что Венеру уже успел застолбить Казанцев: Павел Клушанцев как раз снимал его «Планету бурь». Впрочем, Стругацкие были готовы перенести действие «Страны» на Титан, Ганимед, Нептун или даже Плутон. Фильм получил рабочее название «Планета сокровищ» (потом оно было изменено на «Экипаж «Скифа»). От исходного сюжета (сложная и опасная экспедиция планетолёта «Хиус» на Венеру, а затем путешествие экипажа в вездеходе к месторождению руд тяжёлых элементов, закончившееся трагически) в нём осталось очень мало. Однако и в новом виде фильм мог получиться нестандартным для своего времени. К сожалению, из этой попытки ничего так и не вышло. Сценарий долгие годы считался утерянным и был впервые опубликован только в 2005 году.

Потом были попытки сделать сценарные версии «Понедельника», «Трудно быть богом» и других книг, но со времени «Экипажа «Скифа» до выхода первых картин оставалось ещё почти двадцать лет.

Рисованные истории

Единственным исключением можно с натяжкой считать такую устаревшую вещь, как диафильм. Неожиданно для всех — кажется, даже для себя самого — АН взялся за написание сценария, точнее, кадроплана на 54 кадра по мотивам рассказа «Частные предположения». Диафильм должен был называться «Семнадцать лет в космосе», рисовал его художник Олег Новозонов. После название сменилось на «Девятая планета Тайи». Серьёзной эту работу Стругацкие, разумеется, не считали.

Девятая планета Тайи

Диафильм вышел в двух вариантах — цветном и чёрно-белом — и в последующие годы не раз переиздавался

Если признать диафильм разновидностью мультфильма, то это был один из двух примеров работы АБС в анимации. Второй — «Космические пришельцы», нарисованные в авангардно-конструктивистской манере. В работе над сценарием Аркадий Натанович участвовал один, без брата, а предложил ему эту авантюру его друг, писатель и переводчик Мариан Ткачёв. Пятнадцатиминутный мультфильм рассказывает о контакте с пришельцами, точнее, о группе учёных, которые начали исследовать робозонд инопланетян, но сами стали объектом исследования. Потом появилась и вторая часть, но уже без участия АН, хотя в описаниях мультфильма его имя частенько указывают.

Космические пришельцы

Авангардистская манера рисунка делает «Космических пришельцев» мультфильмом на любителя

Все остальные попытки «заигрывать» с анимацией заканчивались ничем. А было таких попыток немало. Почти все они относятся к семидесятым, когда Стругацким окончательно перекрыли кислород и братья подались на заработки в смежные области.

Например, именно мультфильмом должен был стать на экране «Понедельник начинается в субботу». Мультипликационный сценарий по повести был написан для Киевской студии, но оказался отвергнут с изумительной формулировкой: «Клевета на советских учёных».

Но ещё интереснее судьба несостоявшихся мультфильмов «Погоня в космосе» (это должен был быть полнометражный мультфильм в шести частях!) и «Конец планеты негодяев», начатых в 1972-1973 годах. Сперва оба сценария заказал «Союзмультфильм». Был заключён договор и выплачен аванс. Предполагалось, что режиссёром первого мультфильма станет автор «Каникул Бонифация» и «Винни-Пуха» Фёдор Хитрук, а второго — создатель «Ну, погоди!» Вячеслав Котёночкин. Через некоторое время заявки перекочевали в кинообъединение «Экран», а потом и на Центральное телевидение. Но результата не было и там.

Когда каждую из этих идей по отдельности окончательно зарубили в Госкомкино, Аркадий Стругацкий написал на материале этих сценариев повесть «Экспедиция в преисподнюю» — весёлую и задорную историю о храбрых землянах, на которых не повезло нарваться банде космических негодяев. Сейчас повесть издана под псевдонимом «С. Ярославцев».

Похожая история случилась и с совершенно не мультипликационным сценарием для Одесской киностудии «Бойцовый кот возвращается в преисподнюю». Сам этот сценарий не сохранился, зато мы все отлично знаем написанную на его основе повесть «Парень из преисподней».

Такими видел героев Стругацких Евгений Мигунов. Интересно, какими они получились бы в исполнении Котёночкина или Хитрука?

«Отель «У погибшего альпиниста»

В 1976 году «Таллинфильм» берётся за экранизацию «Отеля «У погибшего альпиниста». Книга задумывалась Стругацкими как герметичный детектив, внезапно оборачивающийся фантастикой с роботами и пришельцами.

Некие инопланетяне, пытающиеся разобраться в земной жизни, попадают в зависимость от бандитов. Именно присутствие инопланетян с их непонятной логикой и фантастическими возможностями делает детективное расследование настолько запутанным. Разумеется, такой подход ставил с ног на голову все жанровые клише детектива. Недаром рабочий подзаголовок повести гласил: «Ещё одна отходная детективному жанру». Фильм Григория Кроманова, вышедший в 1979 году, относится к категории буквальных экранизаций.

Отеля «У погибшего альпиниста»

Инспектор Глебски ещё не знает, что мадам Мозес можно включать и выключать

Разумеется, текст изрядно сократили. Инспектор, едва прибыв в отель, оказывается в гуще событий, сюжет разворачивается быстрее и грубее, а заметная часть психологических нюансов опущена. Однако основная сюжетная линия сохранилась. Фильм порождает ощущение, что другие миры совсем рядом и под маской любого обывателя может скрываться пришелец. Устроенная, обыденная жизнь легко превращается в запутанный лабиринт, где нет места для готовых решений. Недаром ранним названием повести было «В наше интересное время». Сохранилась и мысль о том, что наш мир к встрече с пришельцами не готов. Контакт может быть опасен, причём не столько для нас, сколько для них, гуманных и многознающих. Вот такая обратная сторона прогрессорства.

Все роли исполняли прибалтийские актёры. Фильм потом переозвучивался — для дубляжа были приглашены, в частности, Александр Демьяненко (знаменитый Шурик) и Олег Борисов (Джон Сильвер из «Острова сокровищ»).

Персонажи подобраны хорошо, хотя и не во всём соответствуют книжным (а чудак Дю Барнстокр и вовсе не вместился в сюжет), электронная музыка звучит на диво уместно, а прекрасно переданная таинственная атмосфера достойна всяческих похвал. Растерянность инспектора Глебски видна сразу: Улдис Пуцитис достойно сыграл полицейского, простого чиновника, который не сумел справиться с ситуацией, выходящей за рамки его представлений. Самым известным из актёров картины был Карл Сербис, известный зрителям по дилогии «Слуги дьявола». У его Мозеса в фильме почти нет слов, однако актёр умудрился выпукло показать характер занудливого чудака — маску, под которой скрывается пришелец.

Единственный откровенный недостаток фильма, которого легко можно было избежать, — финальная погоня на лыжах, нелогичная, неправдоподобная и плохо снятая.

«Пикник на обочине»

«Пикник на обочине» — самая востребованная вещь Стругацких; достаточно вспомнить игру S.T.A.L.K.E.R. и одноимённую с ней книжную серию. Однако чаще всего из книги берётся лишь основной сюжетный ход: экспедиции в таинственную Зону, полную артефактов, оставшихся от визита пришельцев. Авторы сравнивали Зону с кучей мусора, которая осталась на месте стоянки автомобилистов: натёкший бензин, выброшенные неисправные свечи, остатки завтрака, промасленная грязная тряпка… Для землян, исследующих остатки такого «космического пикника», эти предметы загадочны, непостижимы, а порой и опасны.

«Пикник на обочине»

Кайдановский последовательно сыграл двух персонажей: сперва крутого парня Алана, а потом — безымянного юродивого сталкера. К сожалению, первого мы никогда не увидим

Но в самой книге антураж не главное. «Пикник на обочине» — рассказ о жизни человека, попавшего в «зону притяжения» этого удивительного места. Он тратит десятилетия жизни на добывание «хабара» для барыг-перекупщиков, принося в жертву этому занятию благополучие своей семьи. Легенда о Золотом Шаре, исполняющем желания, заставляет героя отправиться в самое сердце Зоны в надежде всё исправить. Но, как всякий трикстер, Шар лукав: он исполняет то, чего человек жаждет на самом деле, а не то, о чём он просит вслух.

Экранизировать книгу взялся «простой отечественный гений» (по выражению Бориса Стругацкого) Андрей Тарковский, уже снявший к тому моменту «Иваново детство», «Андрея Рублёва», «Солярис» и «Зеркало». Если верить воспоминаниям режиссёра, сперва он отнёсся к этому проекту как к халтурке, ненапряжному способу поправить материальное положение. Однако постепенно, что называется, втянулся.

Работа шла три года. Довольно долго Тарковский сам не понимал, чего хочет от фильма. Даже уже готовый материал его не удовлетворял. Ходит устойчивая легенда о том, что он сознательно уничтожил первую версию уже отснятого фильма («грех» этот потом принял на себя его оператор — дескать, допустил ошибку), чтобы получить возможность переснять всё заново. В этой погибшей версии было много фантастики, а сталкер Алан был показан довольно крутым парнем.

«Пикник на обочине»

Борис Стругацкий называл Тарковского «простым отечественным гением»

Борис Стругацкий вспоминал об этом так:

Это произошло летом 1977-го. Тарковский только что закончил съёмки первого варианта фильма, где Кайдановский играл крутого парня Алана (бывшего Рэдрика Шухарта), фильм при проявлении запороли, и Тарковский решил воспользоваться этим печальным обстоятельством, чтобы начать все сызнова.

АН был там с ним, на съёмках в Эстонии. И вот он вдруг, без всякого предупреждения, примчался в Ленинград и объявил: «Тарковский требует другого Сталкера». — «Какого?» — «Не знаю. И он не знает. Другого. Не такого, как этот». — «Но какого именно, трам-тарарам?!» — «Не знаю, трам-трам-трам-и-тарарам!!! ДРУ-ГО-ГО!»

Это был час отчаяния. День отчаяния. Два дня отчаяния. На третий день мы придумали Сталкера-юродивого. Тарковский остался доволен, фильм был переснят. Этот сценарий мы за два дня переписали, и АН помчался обратно в Таллин.

Сюжет книги в итоговом «Сталкере» сокращён до описания одного-единственного путешествия в Зону. Все персонажи — до четырёх человек. Это два участника экспедиции: Писатель, которого сыграл Анатолий Солоницын (доктор Сарториус из «Соляриса» и Рыбник из «Легенды о Тиле») и Профессор в исполнении Николая Гринько («Опасные гастроли», «Солярис», «Зеркало», наконец, «Приключения Буратино» — помните папу Карло?). Их сопровождает проводник Сталкер — Александр Кайдановский (Лемке в картине «Свой среди чужих, чужой среди своих»; также он играл в фантастических фильмах «Математик и чёрт», «Крах инженера Гарина» и «Дознание пилота Пиркса»). Четвёртым героем стала жена Сталкера, которую сыграла знаменитая Алиса Фрейндлих («Д’Артаньян и три мушкетёра», «Служебный роман»). Прочие появляющиеся на экране герои, включая дочку Сталкера, настолько эпизодичны, что не стоят отдельного упоминания.

Весь фильм путешественники, внешне похожие на троицу запойных алкашей, перемещаются по Зоне, которая большей частью представляет собой типичные советские городские окраины, запущенные и неухоженные. Ощущение её чужеродности достигается не за счёт какой-то инопланетности, а за счёт простого понимания, что человек не должен так жить. Но в этом нарочито приземлённом антураже происходят события важные, даже, пожалуй, судьбоносные. У Тарковского путешествие по Зоне — это путь самопознания, отбрасывания всего лживого и наносного, поиск главного в себе. Для кого-то — Бога, для кого-то — Истины. И, разумеется, одни проходят этот путь, а другие не в силах вырваться из круга страстей, лжи и эгоизма.

«Пикник на обочине»

Герои фильма больше всего напоминают троицу запойных алкоголиков

В фильме почти нет действия — только долгие планы, символичные полупейзажи-полунатюрморты, лица крупным планом и разговоры, разговоры, разговоры. Обилие смыслов, которое в книге можно было дать через описание событий, в кино пришлось проговаривать прямым текстом. Потому и Сталкера пришлось придумывать заново: книжный Рэдрик Шухарт для этого просто не годился.

Фильм многие считают гениальным, однако неизбежно приходится признать: это самостоятельное произведение, не имеющее никакого отношения к «Пикнику». Даже в финальном варианте сценария меньше Стругацких и больше Тарковского — братья с определённого момента полностью подчинились воле режиссёра.

В кино хозяин — режиссёр. И мы писали-переписывали сценарий до тех пор, пока Тарковский не сказал: «Стоп. Это то, что мне надо». В результате получился фильм, который к повести «Пикник» не имеет никакого отношения, но — превосходный в своём роде. Что и требовалось.

Стругацкие пробовали продолжить работу с Тарковским над фильмом «Жертвоприношение». Первый вариант сценария написал Аркадий Натанович. В 2005 году в одном из томов «Неизвестных Стругацких» этот сценарий был опубликован под названием «Ведьма».

В начале девяностых права на экранизацию «Пикника» купила студия TriStar Pictures, затем права перешли к Columbia Pictures. В 2000 году была анонсирована экранизация под названием «После посещения» (After the Visitation). Режиссёром предполагался Джеймс Вонг («Секретные материалы», «Пункт назначения»), а в числе сценаристов называли, например, Боба Гейла («Назад в будущее», «Трасса 60»). Однако сейчас никаких данных об этом фильме нет — запись о нём удалена даже из базы IMDb.

А вот ещё одна недавняя несостоявшаяся экранизация

Трейлер неснятого сериала «Пикник на обочине»

«Пикник на обочине»: трейлер неснятого сериала

Вот как мог выглядеть сериал по Стругацким.

«Понедельник начинается в субботу»

Следующим по хронологии фильмом стал мюзикл Константина Бромберга «Чародеи», снятый по мотивам сказочной повести «Понедельник начинается в субботу». Как уже говорилось выше, АБС планировали превратить её в мультфильм, однако из этой затеи ничего не вышло. Да и сам Бромберг сперва намеревался снять фильм по рассказу «Злоумышленники», в котором четвёрка пацанов собирается сбежать из интерната покорять дальний космос.

Из «Понедельника» тем временем пытались сделать телесериал под названием «Весёлые чародеи», а потом — сказку о волшебном магазине, где с продавцами и покупателями происходят разнообразные приключения. К сценарию в разное время подступались Илья Авербах («Монолог», «Фантазии Фарятьева»), Евгений Татарский («Приключения принца Флоризеля», «72 градуса ниже нуля»), Леонид Нечаев («Не покидай…», «Рыжий, честный, влюблённый», «Проданный смех», «Про Красную Шапочку», «Приключения Буратино»).

Чародеи

Главная изюминка «Чародеев» — блестящий актёрский ансамбль

Наконец, уже в самом конце семидесятых, параллельные прямые сошлись. За экранизацию взялся Константин Бромберг (кстати, Айзек Бромберг из «Волн» назван именно в его честь). К тому моменту из «Понедельника» уже прицельно делали новогодний мюзикл, а братья махнули на сценарий рукой и послушно вносили все пожелания режиссёра. Юлий Ким написал для картины цикл отличных песен.

Вы подумайте, что за волшебники
Современные колдуны!
Чудодеи науки и техники,
Выдающиеся умы!
Они всё объяснили, расчислили
И в красивые схемы свели,
И нечистую силу очистили
И в ковёр-самолёт запрягли.

К сожалению, ни одна из кимовских песен в фильм не вошла — слишком неудобным автором он считался.

На советском телевидении новогодние мюзиклы представляли собой практически отдельный жанр. В них всегда собирали лучших актёров, а вот сценарии порой были провальные — достаточно вспомнить фильм «Эта весёлая планета» с Крачковской, Куравлёвым, Васильевой, Крамаровым. «Чародеи» выглядят на этом уровне очень неплохо. Сюжет в них хоть и несложный, но весёлый и забавный, есть элементы сатиры, несмотря на общую легковесность, а актёрский ансамбль выше всяких похвал.

Конечно, от оригинального текста в фильме не осталось практически ничего. Институт чародейства и волшебства превратился в Институт необыкновенных услуг, сохранив, однако, некоторые черты волшебного места, совмещённого с советским учреждением. Ни один из исходных сюжетов вроде создания удовлетворённого кадавра или истории директора-контрамота в фильм не попал. Исчезла и атмосфера. Вместо постоянного творческого поиска, весёлой преданности науке и примата работы над праздностью и ленью в «Чародеях» разворачивается другой сюжет: тоже о любви — но не к работе, а обычной, человеческой. Правда, настоящей и всепобеждающей, — но как же может быть иначе в новогодней сказке.

Впрочем, это объяснимо: время общественного энтузиазма шестидесятых уже прошло. Уставшие от карьеризма и бюрократии семидесятые смогли предложить взамен только борьбу за личное счастье.

Чародеи

В центре новогоднего мюзикла, разумеется, любовная история

Режиссёр раньше уже снимал фантастику: несколькими годами ранее вышли его «Приключения Электроника». Из актёров в «Чародеев» пригласили Валентина Гафта, Александра Абдулова, Эммануила Виторгана, Михаила Светина, Екатерину Васильеву, Семёна Фараду, Александру Яковлеву — в общем, цвет советского кинематографа.

Ну и, конечно, появление в конце фильма двадцатипятитомной «Библиотеки современной фантастики» вызывает у всех библиофилов, заставших эпоху советского дефицита, острые приступы зависти.

Мюзикл получился недурной. Сначала он мне, признаться, не понравился совсем, но, посмотревши его пару раз, я к нему попривык и теперь вспоминаю его без отвращения. Кроме того, невозможно не учитывать того простого, но весьма существенного обстоятельства, что на протяжении множества лет этот мюзикл РЕГУЛЯРНО и ЕЖЕГОДНО идёт по ТВ под Новый год.

«Понедельник» пытаются снять и сейчас. Во всяком случае, существует подписанный договор на создание не то двух-, не то трёхсерийного фильма по этой книге.

«За миллиард лет до конца света»

Эта повесть — о людях, которые вышли в своём познании на передний край человеческой мысли и внезапно встретили противодействие каких-то непонятных и, возможно, неразумных сил. Словно наткнулись на закон природы, ограничивающий развитие человеческой цивилизации. Герои повести — не супермены, не бойцы, это обычные учёные-домоседы. А противостоящая им сила огромна, безлична, непобедима и едва ли познаваема. Вопрос о том, стоит ли их работа (даже если она — дело всей жизни) сломанной судьбы и благополучия близких, встаёт перед ними в полный рост, — и каждый из героев отвечает на него по-своему.

При этом всё действие повести происходит в условиях крайне обыденных, бытовых. Видимо, именно этим фактом — то есть кажущейся простотой сценарного решения — объясняется то, что повесть держит первенство по числу экранизаций: их целых четыре. Правда, о трёх из них сказать совершенно нечего: они снимались в европейских странах для местного показа и отсутствуют даже в Сети. Первая из них — снятая в 1983 году словацкая картина Egymilliard evvel a vilag vege elott. Вторая — финская лента Miljardi vuotta ennen maailmanloppua 1986 года. Третья — снятый в 1996 году в Греции фильм Prin to telos tou kosmou (единственный не копирующий напрямую название повести — в переводе он называется «Перед концом света»). О нём единственном есть упоминание — в интервью Бориса Стругацкого.

Это — таинственная история, впрочем, типичная для мира кино. Вдруг, «без объявления войны», на меня два-три десятка лет назад обрушились два каких-то грека, стремительно заключили договор, стремительно выплатили гонорар (небольшой, но — стремительно) и так же мгновенно исчезли из нашей жизни навсегда. (Из переговоров осталось у меня ощущение, что это были спонсорблагодетель и его подопечный, начинающий режиссёр, которому буквально приспичило снять кино по «Миллиарду лет».) Ещё десяток лет спустя я обнаружил в И-нете некий материал по поводу соответствующего фильма. Кадры из фильма прилагались. Как мне показалось — ничего особенного. Таково же было мнение некоторых знатоковлюденов, которые в своё время нашли этот фильм и посмотрели его целиком. Вот, пожалуй, и всё, что мне известно по этому поводу.

Четвёртой же экранизацией «Миллиарда лет» стал фильм Александра Сокурова «Дни затмения», вышедший на экраны в 1988 году.

Дни затмения

В показанной обстановке любые занятия, выходящие за рамки быта, уже кажутся подвигом

К тому моменту Сокуров занимался в основном документальным кино и постановками по мотивам классики. До его главных работ — «Молоха», «Тельца», «Камня», «Русского ковчега» — оставались ещё долгие годы. На главные роли он пригласил молодых актёров Алексея Ананишнова (Малянов), Эскендера Умарова (Вечеровский), Ирину Соколову (сестра Малянова). Единственным опытным актёром в картине стал Владимир Заманский, сыгравший Снегового, соседа Малянова. На его счету были «Два капитана», «Завтра была война» и ещё несколько знаменитых фильмов.

«Дни затмения», безусловно, относятся к тем картинам, в которых режиссёр лишь отталкивается от произведения-источника. Достаточно сказать, что сценарий, написанный Стругацкими в соавторстве с актёром Петром Кадочниковым, был позже полностью переписан сценаристом Юрием Арабовым, а финальная картина имело мало общего и с ним тоже.

Действие картины Сокуров перенёс из Ленинграда в безымянный туркменский городок, лишённый цвета и перспективы. На место советской скучной обыденности пришёл убогий, почти нищий среднеазиатский быт. В непривычном для европейского зрителя антураже безумные события, происходящие с героями, поначалу воспринимаются как естественная экзотика. Так, завалившийся прямо с улицы человек с автоматом, закричавший герою: «Не пиши, больше ничего не пиши!» — не кажется порождением бреда: это восток, здесь возможно всякое. Фильм наполнен символами, действие происходит в окружении прекрасных пейзажей, под завораживающие восточные мелодии.

В картине герои находятся в более жёстких условиях, чем в книге. В такой ситуации любая разумная исследовательская деятельность — уже подвижничество, всё, что выходит за рамки быта и выживания, — уже геройство, встречающее тотальное противодействие реальности.

От книги в фильме остались только имена и основной сюжетный ход. Как и Тарковский, Сокуров пожертвовал всей внешней стороной повести.

Стругацкие, однако, приняли его интерпретацию, а в 2000 году Гильдия кинокритиков России включила картину в список ста лучших фильмов за историю отечественного кинематографа.

«Письма мёртвого человека»

Такого произведения у Стругацких нет. И сценария нет. Однако фильм этот в их фильмографии числится.

Авторами сценария были, в первую очередь, писатель, член семинара Стругацкого Вячеслав Рыбаков и режиссёр Константин Лопушанский (двадцать лет спустя он же создаст экранизацию «Гадких лебедей»). Фильм был по тем временам ещё достаточно смелый, и для придания идее веса и легитимности в глазах чиновников создатели картины пригласили в соавторы Бориса Стругацкого. Помимо громкого имени, Борис Натанович добавил в сценарий несколько эпизодов — ну и, конечно, участвовал в обсуждениях.

Картина готовилась в три этапа. Первый вариант сценария, получивший название «На исходе ночи», вызвал шквал исправлений и поправок. Требования киношного начальства были ожидаемо абсурдны: чтобы фильм был антивоенным, но без войны, антиядерным, но без ядерной катастрофы. Расчёт оправдался: пожалуй, только имя Стругацкого обеспечило картине «зелёный свет». На втором этапе к работе присоединился Ролан Быков (впоследствии — исполнитель главной роли). Сценарий пошёл в работу, но молодой режиссёр отснял слишком много материала и не справился с монтажом. Делать фильм двухсерийным ему не разрешили, зато «Ленфильм» выделил в помощь пару старших коллег — ни много ни мало Семёна Арановича и Алексея Германа. Впрочем, Стругацкий в это время в работе уже не участвовал.

Письма мёртвого человека

Место действия — подвалы исторического музея: никому не нужная свалка культуры

Фильм получился серьёзным, мрачным, полным одновременно страха и надежды. Место действия — подвалы музея, где прячутся бывшие музейные работники, пережившие ядерную бомбардировку. Некоторые умирают от лучевой болезни. Каждый по-своему ищет смысл дальнейшего существования в этой безнадёжной ситуации. Кто-то продолжает работу, кто-то пытается увековечить себя для будущих поколений, кто-то разрабатывает мораль новой цивилизации. Главный герой, бывший нобелевский лауреат, пытается понять, действительно ли в природе человека заложено стремление к самоубийству или катастрофа — просто необходимый этап, который нужно пройти на пути к процветанию.

Правительство организует переселение выживших в бункер, но выясняется, что сиротам из соседнего детского дома там нет места. Главный герой повторяет подвиг Януша Корчака — отказывается от спасения и остаётся с детьми.

Подобный фильм-катастрофа был очень редким для советского кино. К тому же выход фильма практически совпал с аварией на Чернобыльской АЭС, так что зрители с воображением легко могли отождествить себя и родных с героями фильма. Картина собрала массу наград, а авторы сценария получили Государственную премию РСФСР.

* * *

О более современных экранизациях АБС мы расскажем в следующей статье, которая выйдет уже скоро. Оставайтесь с нами.

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

comments powered by HyperComments
Лин Лобарёв
Поэт, бард, издатель. Главный редактор журнала в 2012–2015 годах.


А ещё у нас есть

Комментарии (Правила дискусии)

Оставляя комментарии на сайте «Мира фантастики», я подтверждаю, что согласен с условиями пользования сервисом HyperComments и пользовательским соглашением Сайта.